Идти к Холмам было решено напрямки, через Лес. С одной стороны, самым опасным маршрутом, но с другой — через болото или в обход заняло бы полтора в одном и два дня в другом. За это ведьма не только успеет пустить под нож всех жертв, но ещё и освоиться с новыми силами и возможностями, прийти в себя. И людей гарантированно не спасём, и сами, возможно, головы сложим…

И да, пришлось подтвердить для всех свой настоящий ранг. Это сильно приободрило отряд, и лишь брат Марк, улыбчивый лысый мракоборец, остался равнодушен к этой новости. Он вообще был несколько странным, этим монашком. Что-то в нём было такое, что не позволяло мне расслабиться.

Идти по заснеженному зимнему лесу вне проторённой, вытоптанной меж сугробов тропы — удовольствие сильно ниже среднего, даже несмотря на то, что все имели при себе снегоступы. В них ведь особо не побегаешь, да и сражаться, случись что, было бы неудобно.

Тихий Лес жил своей, нелюдской жизнью. Где-то вдалеке завыл не то волк, не то что-то похуже. Шуршали в подлеске мелкие твари. Воздух был холодным и чистым, пахнущим хвоёй. Но по мере нашего продвижения в нём начинал ощущаться иной, знакомый шлейф — сладковатый, гнилостный. Порчи, как это называли сейчас. Полная ненависти ко всему живому энергия смерти, некрос, смешанный с мощной радиацией — убойный коктейль.

Через час после того, как мы вошли под лесные своды, у нас случилась первая стычка. До того Леха четырежды распознавал ждущие нас впереди неприятности — одну магическую аномалию и три засады самых голодных или тупых обитателей леса. Мы не связывались, обходя — не хотелось тратить силы и поднимать лишний шум.

Но на пятый раз наш следопыт сплоховал. Здоровенный сугроб в пяти метрах слева от идущей в центре отряда Иры вдруг ожил, двинулся вперёд, за считанные мгновения набирая скорость, и протянул к девушке могучую лапу.

Первым среагировал я. Слабенький, не способный нормально ранить Воздушный Кулак, не тянущий даже на первый круг, врезался в девушку, опрокидывая Иру спиной в снег. Лапа пронеслась, лишь в последний момент разминувшись с нашей целительницей.

Следующим действием я точно так же, как и предыдущее, сотворил заклятие Взрывающегося Огненного Копья. Не прибегая к мыслеформам, не контролируя сознательно токи маны в своей ауре, просто голой волей и желанием воплотил весьма мощные и сложные чары верхней планки третьего круга.

Четырёх с половиной метров длины сжатый сгусток горячего пламени ударил во врага, тут же сдетонировав и отбросив его метров на шесть. Почти сразу монстр перекатился, издал хриплый, булькающий рык и поднялся вновь.

Пламя и взрыв сорвали снежный покров, обнажив того, кто находился под белыми одеждами зимы — и зрелище было неаппетитное. Огромный зомби-медведь, мёртвый не слишком давно, это было видно по состоянию гнилой плоти. Месяца полтора-два этой нежити — до заморозков туша успела неплохо протухнуть и подгнить, но с приходом снега и льда процесс сильно замедлился.

Опасный противник для одинокого путника, если тот, как минимум, не сильный и опытный боевой маг в ранге Подмастерья. Я мог бы нанести ещё один удар, посильнее, и добить тварь, но удержался, подавив привычный рефлекс.

Надо поглядеть, чего стоят мои спутники.

Что ж… Моё заклинание оторвало мертвяку одну из передних лап с частью плеча, но он всё ещё был весьма опасен.

Гордей направил на бегущего через снег монстра свой посох, нахмурился — оголовье магического предмета чуть заметно засветилось бурым, землянистым светом. Я ощутил резкий, сильный толчок силы от друида, и медведь в тот же миг оказался в возникшем прямо на его пути разрыве ледяной, промёрзшей земли. Не слишком глубоком, не больше метра — всё же затвердевшая земля плохо поддавалась друиду — но и этого хватило.