Вот так поворот… Я ещё раз оглядел стоящего напротив человека, на этот раз куда внимательнее. Итак, что мы имеем… На голову ниже меня, оружия на виду не носит, брони тоже не видать, на опытного путешественника тоже с виду не тянет… Одним словом, потенциальный балласт, сказал бы я, если бы не одно «но» — аура на уровне очень сильного Подмастерья. Ещё чуть-чуть — и можно будет спутать со слабеньким, но Адептом… Плюс метка в ауре, подтверждающая, что сей чародей сдал экзамен на этот ранг и реально его подтвердил. То бишь это не разожравшийся Ученик без реальных умений третьего круга, а полноценный чародей третьего ранга.

А ещё, судя по бело-золотым вкраплениям в ауре, церковник мог использовать Священную Магию, что будет особенно к месту против нежити и тёмной магии…

В общем, лишним он точно не будет.

— Благодарю, брат Марк, — слегка поклонился я. — Ваша помощь будет весьма кстати.

— Что вы, почтенный, — покачал он головой. — Очищать землю от продавшихся Злу и Тьме безбожников — моя прямая обязанность. Слышали об Ордене Наказующих?

— Нет, — ответил я.

И не соврал — мне известно только о двух подшефных Церкви организациях. О Белом Ордене и Сёстрах Милосердия, организации, занимающейся излечением болезней, ран и травм, полученных от тёмной магии. Ни о каких Наказующих я знать не знал.

— Что ж, этого стоило ожидать, — не расстроился он. — Наш Орден возник не столь давно, и молва о нём ещё не успела широко распространиться… Что ж, каков ваш план, сударь?

Кабинет Феофана мы покинули сразу. Мне показалось, или пожилой, циничный и никогда не робеющий орденец испытал серьёзное облегчение, когда брат Марк вышел из его кабинета? Я пропустил его вперёд, и потому успел заметить тень эмоций на лице Феофана.

Коней нам выделили Орденских, хотя я и собирался обойтись без них — всё равно через Тихий Лес животинкам не пройти. Но раз уж не надо платить серебром за аренду, оставляя в залог золото, то кто я такой, чтобы пройти мимо халявы?

В общем, вернулся я назад в Заречное уже часам к одиннадцати пополудни. Что за день такой — ни свет ни заря туда-обратно, как сайгак, мечусь. А время-то уходит…

Гордей всё-таки собрал обещанную дюжину. Мы не стали рассусоливать — через три минуты после того, как мы подъехали, старейшина Синицыных с отрядом выехал к нам, и мы, оставив лошадей, двинулись к Тихому Лесу.

Кстати, бойцы Синицыных оказались даже лучше, чем я надеялся. Молчаливые, собранные, в хорошей, хоть и не блещущей изысками, броне и с оружием наготове. Артём, Подмастерье, оказался суровым мужчиной лет сорока, с лицом, иссечённым шрамом от когтей какой-то твари. На левом боку чародея висела сабля, на правом — револьвер, за пояс также был заткнут короткий магический жезл.

Ирина, целительница, была хрупкой шатенкой с большими, добрыми глазами. Глеб, землевик, — коренастым, молчаливым парнем, похожим на молодого быка, вооружённым крепким, окованным сталью магическим посохом, заострённым книзу так, чтобы удобно было колоть. Неофиты — взрослые мужики под сорок лет, смотрят серьёзно, без паники. Огнестрельного оружия у них, конечно, не имелось, слишком дорого оно стоило, но зато у троицы стрелков были хорошие, качественные луки и по два колчана стрел. И то, и другое, разумеется, было зачаровано.

Ну и шестёрка бойцов первой линии — кольчуги, щиты, одноручные секиры со специально утяжелёнными лезвиями. Не против людей — против нежити, мутировавшего магического зверья и прочих тварей, которых плохо берёт клинковое оружие. Если оно, конечно, не такого качества, как сабля Артёма. Такая золотых двенадцать, а то и пятнадцать стоить может!

Впереди шёл Леха — как ни странно, у Синицыных не имелось своего проводника по Лесу.