В ответ я коротко кивнул.

Мы вышли к массивным двойным дверям, ведущим, судя по всему, в центральный пост управления. От них исходило то самое влажное тепло, и запах «цветущей плоти» здесь был настолько сильным, что у молодых неофитов начались рвотные позывы.

— Там что-то есть, — Гордей указал посохом на двери. — И оно не одно. Порча там… она живая. Она дышит.

Я проверил свои руны защиты. Память о «пароварках» и именах, которых я не помнил, всё ещё зудела где-то на периферии сознания, но сейчас это было неважно. Перед нами была цель.

— Приготовиться, — я перехватил меч поудобнее. — Сейчас мы узнаем, что именно исследовала наша «птичка». И боюсь, результат нам не понравится.

Я поднял руку, приказывая группе остановиться. Воздух здесь стал тяжёлым, почти осязаемым, словно мы входили не в техническое помещение, а в желудок какого-то колоссального существа. Запах гнили перемешивался с едким ароматом озона и чего-то химического — так пахнет старая изоляция, когда она начинает плавиться под нагрузкой.

— Всем замереть. Шаг в сторону — и я за вашу целостность не ручаюсь, — голос мой прозвучал сухо и властно, не допуская возражений.

Артём открыл было рот, чтобы что-то сказать, но, наткнувшись на мой взгляд, промолчал. Сейчас я не был просто дополнительной боевой единицей, эдакой тяжёлой артиллерией. Я был специалистом, имеющим огромный боевой опыт и лучше прочих понимающим, что делать. За время нашего путешествия я уже достаточно изучил способности своих спутников, чтобы понимать, что им по плечу, а что нет.

Я прикрыл глаза, активируя один из глубоких слоёв магического зрения, совмещённый с биосканером. Активное использование последнего приведёт к тому, что потом какое-то время левый глаз будет сильно болеть, но, право же, невелика цена, учитывая ситуацию.

Картинка перед глазами дёрнулась, обретая неестественную чёткость. Мир окрасился в оттенки синего и серого, а по дверному проёму и стенам потянулись ярко-алые, пульсирующие жилы.

Это был не просто мох. Ведьма — или то, во что она превратилась — сплела здесь настоящую сенсорную сеть. Чёрные нити обвивали дверные петли, уходили под порог и терялись в щелях бронированных плит.

— Ловушка, — констатировал я. — Причём гибридная. Мох работает как датчик давления и магический детонатор одновременно. Стоит нарушить целостность нити на пороге, и из полостей в потолке выплеснется концентрат порчи. Нас просто растворит в этой жиже за пару секунд.

Большая часть группы явно не поняла многих моих слов, вроде «гибридная», «датчик» и прочих заумных выражений, но суть уловили отчётливо.

— И что делать? — Глеб сглотнул, во все глаза глядя на обычную, казалось бы, дверь. — Может, жахнуть огнём снаружи?

— Жахнешь — и обрушишь свод, — отрезал я. — Отойдите на пять шагов. Все. Марк, прикрой их щитом, на случай если я ошибусь в расчётах.

Мракоборец молча кивнул, его единственное око внимательно следило за моими манипуляциями. Я подошёл к двери вплотную. Мои пальцы, армированные композитом, не дрожали. Я вызвал крохотный огонёк Духовного Огня — не мощную струю, а тонкую, как игла, нить пламени.

Технически это была ювелирная работа. Мне нужно было «прижечь» узлы мха, деактивируя его проводимость, но не вызывая общей детонации системы. Раз-два… игла пламени коснулась чёрного сплетения. Мох зашипел, извиваясь, словно живой червь, но я тут же «запечатал» повреждённый участок, не давая сигналу тревоги уйти дальше.

Секунда, другая… Щелчок. Массивные створки, лишённые магической подпитки ловушки, чуть разошлись, выпуская наружу облако зловонного пара.