Хотя, справедливости ради, сейчас любой человек, особенно обладающий даром магии, хоть немного, но воин. Времена такие — не умеющие защитить себя бедолаги в самом низу социальной пирамиды. Да и владеть хоть чем-то стоящим, не имея при этом возможности защитить своё — либо личной силой, либо хорошими связями — попросту невозможно. Отберут.

И тем страннее была для меня эта парочка оболтусов. Откормленные и лощёные, явно не знавшие тяжёлого труда, в свои невеликие годы добившиеся довольно серьёзных успехов на ниве развития энергетики… И при этом явно не дотягивающие до того, чтобы зваться полноценными Учениками. Перекормленные Неофиты, я бы сказал.

Не дождавшись реакции на свою просьбу, я оглядел разгромленную корчму. Сейчас, когда ведьмина иллюзия рассеялась, были видны следы давнего запустения — паутина по углам, глубокие трещины в настилах, плесень… И устроенный мной погром с применением магии довершал картину уныния и печали.

Подойдя к выбитой оконной раме, в которую удрал вожак упырей со своей хозяйкой, я поморщился от порыва ледяного ветра, швырнувшего мне в лицо целый рой снежинок. Поднапрягшись, поднял телекинезом целый сугроб снега и пролевитировал его к всё ещё лежащей в отключке парочке. Немного усилий, и снег тает, превращаясь в ледяную воду. Наконец…

— А-а-а-а!!! Мать твою, ты что творишь, смерд⁈ Да я тебя…

Ах да, аура. Можно уже не маскировать.

— Ты кто, нахрен, такой вообще⁈ — вскинулся второй. — Ты хоть знаешь, кто мы⁈

— Нет, но думаю, сейчас вы мне это расскажете, — спокойно ответил я. — Но прежде чем продолжать беседу, поднапрягите-ка магическое восприятие, ослы.

Первый, тот, что воздушник, русоволосый парень с прямым носом и правильными чертами лица, прислушался к моим словам. А вот любитель стихии Воды остался глух к разумному совету.

— Я сейчас тебе кое-что другое поднапрягу, урод! — ощерился он, поднявшись на ноги. — Кое-что круглое и вонючее в центре твоей задницы!

По его команде вода тонкими струями устремилась в его ладонь. Багровея от напряжения, он создал тонкий Водяной Хлыст — магия парню сейчас давалась с явным трудом. Подрастратил резерв, да и зелье, которым их напоила ведьма, начало выдыхаться…

— Сёма, стой!..

Водяной Хлыст, свистнув, устремился ко мне. Убить таким не убьёшь, даже не ранить толком, но боль и глубокие, до кости, рассечения оставить можно.

Я даже не пошевелился, позволив чарам хлестнуть меня поперёк лица. Вернее, попытаться — появившийся передо мной полупрозрачный воздушный барьер легко выдержал атаку. Секунды две до дурака доходила простая мысль — перед ним не обыватель с улицы, а чародей. И чародей более могущественный, чем он сам…

За те несколько месяцев, что я прожил в местном обществе, я твёрдо усвоил одно простое правило — спуску в таких случаях давать нельзя. Доброту здесь в девяти случаях из десяти принимают за слабость, что чревато неприятностями.

Воздушный Кулак, заклинание первого ранга, снёс парня и швырнул спиной в деревянную стену. Старые доски жалобно треснули, приняв на себя не самого маленького чародея, который едва вновь не лишился сознания.

— Простите моего друга, господин маг! — затараторил русоволосый. — Он просто не признал вас! Меня зовут Андрей Балкин, из Рода Балкиных, а моего товарища — Семён, из Рода Лобановых! Просим прощения за то, что по незнанию оскорбили вас! Если мы как-то можем загладить свою вину — мы готовы!

Вскочивший на ноги и отвесивший поклон воздушник с опаской уставился на меня, ожидая ответа. А он не идиот — намекнул, что за их спинами местная аристократия, знатные Рода. Связываться с ними без нужды мало кто рискнёт — любой Род имел как минимум одного мага шестого ранга и троих пятого, без этого создать Род невозможно.