|
Да и говорил на чужом языке… Эх, всё-то здесь чужое!
- Так когда? - спросил Остромир, вышедший из состояния задумчивости раньше других.
- Вчерась, аккурат после обеда, - проговорил Василько, уже почти отдышавшийся.
- А чего нас не известили? - Михайло посмотрел на подростка так, будто именно он был виноват в этом, а не более старшие сотниковы слуги.
- Хотели, да ведь сегодня вас ожидали в Киев. - Василько сплюнул под ноги, с шумом вдохнул-выдохнул и, окончательно успокоившись, продолжал:
- Вот нас и выставили на всех воротах, через которые вы могли проехать. Меня на Подольские ткнули, - сообщил он, хоть это и так было яснее ясного.
- А-а-а… что Александр Новгородский? - без особой надежды спросил Остромир.
- Всё уже, всё! Есть у нас князь, и довольно об этом, довольно, - как-то слишком быстро заговорил сотник и добавил скороговоркой:
- Свято место пусто не бывает.
- А этот Ростислав из Мономаховичей? - осторожно спросил Читрадрива, который, в отличие от Карсидара, уловил разочарование русичей.
- Из Мономаховичей, из Мономаховичей, - проворчал Ипатий. - Через другого Ростислава Мстиславыча, прадеда его. У того Мономах дедом был.
- Ну, так что же вам ещё надо? - по-прежнему тихо и осторожно продолжал Читрадрива. - Сам ведь говорил в Вышгороде, что вам бы хоть какого князя…
- То я говорил, - возразил Михайло.
- А что лучшие князья - Мономаховичи…
- Я сказал. И от слов своих не отрекусь, как не отрекался никогда, - молвил Остромир. - И теперь скажу, что лучшие князья - это Мономаховичи.
«Они явно недовольны, как ни пробуют увильнуть от ответа», - почувствовал Карсидар мысль Читрадривы.
- Ну, объявился у вас князь, к тому же Мономахович. Что же тогда… - начал Читрадрива, но Остромир прервал его самым бесцеремонным образом:
- А кто тебе сказал, что мы недовольны? Князь есть, и слава Богу. Наоборот даже, - тысяцкий старался выглядеть весёлым, и это ему почти удавалось. - Эй, малый, есть у тебя ещё что для нас?
- А как же! - Василько улыбнулся открыто и доброжелательно. - Князь ждёт вас вместе с…
Тут улыбка сползла с его лица. Василько посмотрел сначала на Читрадриву, затем перевёл взгляд на Карсидара, да так и остался стоять с разинутым ртом, видимо, не зная, обидятся ли они, если во всеуслышанье назвать их колдунами.
- Добро, - подытожил Остромир, чтобы как-то замять неловкость. - Итак, едем через Копырев, как и собирались, но ко мне на двор, а не к митрополиту… Да, малый, - обратился он к Васильку. - Митрополит у князя будет, или к нему особо завернуть?
- Митрополит? - паренёк вздрогнул, словно очнувшись ото сна. - Ага, ага, сказывали, у князя будет.
- Тогда сыпь к Западным воротам… Небось, там нас ждали?
- Там, там, - подтвердил Василько. - И на других, что в Городе Володимировом…
- Вот и ладно. Скажи, что мы приехали, пусть возвращается, кто там стоит. А на другие Подольские я сам гонца пошлю.
Паренёк припустил в гору, изредка оглядываясь.
«Испугался он колдунов, ох, как испугался!» - мысленно произнёс Читрадрива. |