Слава богу, семейство сэра Галахада не было настолько богато и осторожно, чтобы обрасти всякими профессиональными секьюрити. И замок в столе был совсем простой. В том смысле, что Гере было пофигу, какой там замок. Он просто сломал панель стола и вырвал ящик, на который Саша указал пальцем.

А тем временем я, путаясь во вселенных, вовсю давала гастроль, подогревая самомнение хозяина и хозяйки. Которая ходила за мужем хвостиком. Видать, боялась, что уведу. Еще бы, такая добыча - лысенький дядечка с рецидивом кризиса среднего возраста и с проскальзывающим в речи фрикативным «г»! Не устоять.

Но когда «добыча» вздумала показать мне коллекцию оружия, хранившуюся не где-нибудь, а именно в кабинете, я поняла: амба. Я больше не контролирую ситуацию. Все, что можно было сделать - войти первой. Увидев на фоне окна шкафоподобный силуэт Герки, я с перепугу схватилась за стену. Под пальцами у меня что-то звякнуло и отвалилось. Что-то длинное, тяжелое, с тупыми ребрами. Хозяин врубил свет, а я врубила ему этим чем-то по шее. От удара кавалерийской саблей тати[11], даже в ножнах, отключился бы и мой племянник дорогой, качок и олух.

Впрочем, Герка-то меня и спас от неминуемого уголовного преследования с последующим принудительным лечением. Оглядев поле битвы, Гера одним махом оторвал от стены стенд с декоративными японскими железяками. Подделки для туристов. Фу.

Грохот раздался такой, словно на голову нам с пролетающего истребителя упала авиабомба. Упала, но не взорвалась. Через пять секунд в помещении было полно народу. Но к их приходу все было готово.

Гости, застыв на пороге, еще добрую минуту наблюдали, как Герка, пыхтя «Щас-щас!», поднимал рассыпавшийся на детали стояк, а я так и окаменела с тати в руках, будто принцесса всея Поднебесной над поверженным врагом. И началась суматоха.

Жена любителя металлолома, ругая на чем свет стоит мастеров, сооружавших стенд, приняла на колени пострадавшую головушку мужа. Муж стонал и картинно закатывал глазки. Я мямлила, что я сама виновата, потому что темноты очень боюсь, мы зашли, тут темно, я за стенку схватилась, оно упало, мне так жаль, так жаль... Выходило правдоподобно. Особенно водопад слез и небольшая истерика - театральный прием «я в предлагаемых обстоятельствах». После чего от меня еще дня три воняло валерьянкой.

А Сашу так и не нашли, как ни искали. Решили, что засранец смылся, воспользовавшись суматохой.

И все это время в моей голове, перекрывая шум снаружи, стоялым жеребцом ржал Мореход.

Глава 8. Фальшивая магия

Затеянная Майкой авантюра размазала меня по двум мирам так основательно, что я слегла. Пока у меня получается осознанно выпасть из верхнего мира в реальный. Я еще вижу границу между ними. Я даже не помещаю себя в центр вселенной и не замыкаю на себе ее причинно-следственные связи.

Я держу круговую оборону против собственного мозга.

В моменты озарения - наука психиатрия издевательски обозвала их aha feeling[12] - живешь со скоростью колибри, сердце которой отсчитывает 500 ударов в минуту. И мысли твои движутся со скоростью колибри, и яркость ощущений у тебя как перышки у колибри, и чувствуешь ты себя таким же быстрым, сияющим комочком материи, летящим сквозь временной водоворот в точку гибели. Быстро-быстро летящим.

В этот миг вся вселенная перед тобой - пусть всего-навсего иллюзорная. От края до края. Так ясно, так четко, так стройно, что хочется удержать ее в памяти, раскрыть ее тайны людям, превратить их в единомышленников и повести за собой в другую, лучшую жизнь.