Клаудиа вновь испугана:

– Я хочу к маме!

– Я и везу тебя к ней, – говорит Фабиан.

Мост Санта‑Исабель перекинут через ущелье того же названия. По дну, в семистах футах внизу, бурно мчит воды Рио‑Магдалена, перекатываясь ‑через валуны на своем длинном извилистом пути, от устья в Западных Кордильерах к Карибскому морю. Река многие километры бежит через центральную Колумбию, протекает близко от городов Кали и Медельин, но не пересекает их.

Адан понимает, почему братья Орехуэла выбрали это место: тут пустынно и с любого конца моста засаду можно обнаружить за сотню ярдов.

Во всяком случае, я на это надеюсь, думает Адан. А на самом деле они могут и сейчас отрезать мне отступление, и я этого даже не замечу. Но рискнуть придется. Без поставок кокаина от Орехуэла нет никакой надежды выиграть войну против Гуэро и остальной Федерасьон.

Войну, которая сейчас уже наверняка открыто объявлена.

Эль Тибурон, скорее всего, уже сбежал с Пилар Мендес, уговорив ее украсть миллионы долларов у мужа. В любую минуту Фабиан объявится тут с наличными, которые предназначены для того, чтобы переманить Орехуэла из Федерасьон к себе в союзники. В планы Тио входило не только отомстить Мендесу, наставив ему рога, но и еще усугубить унижение, выманив у его жены деньги для ведения войны против него же.

Но может быть, что Фабиан уже болтается на телеграфном столбе с забитым серебром ртом, а Орехуэла едут сюда убивать меня.

Адан слышит шум машины. Пули в спину, гадает он, или Фабиан с деньгами? Он поворачивается и видит...

Фабиана Мартинеса, водителя, а на заднем сиденье – детей Гуэро. Что за черт? Выбравшись из своей машины, Адан подходит.

– Деньги привез? – спрашивает он Фабиана.

Фабиан улыбается ослепительной улыбкой кинозвезды:

– И бонус в придачу.

Он протягивает Адану кейс с пятью миллионами.

– А где Пилар? – спрашивает Адан.

– На пути домой. – От кривой ухмылки Фабиана у Адана мурашки по спине побежали.

– Она уехала без детей? Зачем они тут? Что...

– Я только выполняю приказ Рауля, – перебивает Фабиан. – Адан...

Он указывает на другой конец моста, туда медленно подкатывает черный «лендровер».

– Жди здесь. – Адан подхватывает кейс и шагает по мосту.

Фабиан слышит голосок маленькой девочки:

– Мама тут?

– Да, – роняет Фабиан.

– Где же она? С теми людьми? – допытывается Клаудиа, указывая на машину на другом конце моста, из которой как раз выходят Орехуэла.

– Думаю, да.

– Я хочу туда!

– Тебе придется подождать несколько минут.

– А я хочу сейчас!

– Сначала нам надо поговорить с теми дядями.

Адан идет, как и было договорено, к середине моста. Ноги у него деревянные от страха. Если они посадили в горах снайпера, то я труп, говорит он себе. Но они могли бы прикончить меня в любой момент, когда я был еще в Колумбии, а значит, они все‑таки хотят услышать, что я могу им предложить.

Адан уже на середине моста, дожидается, пока подойдут Орехуэла. Два брата, Мануэль и Джильберто, приземистые, кряжистые, темноволосые. Все обмениваются рукопожатиями, и Адан спрашивает:

– Ну что, перейдем к делу?

– Для этого мы и прибыли, – замечает Джильберто.

– Ты ж сам просил о встрече, – вторит Мануэль.

Бесцеремонно, думает Адан. Грубо. Да ладно, без разницы. Стало быть, расстановка сил такова: Джильберто склоняется к заключению сделки, а Мануэль противится ей. Что ж, понятно. Пора начинать.

– Мы хотим выйти из Федерасьон, – приступает Адан.