Пусть все будет просто.

Один килограмм – один автомат.

За каждый автомат, который Адан доставит, ФАРК разрешит продажу одного килограмма кокаина с его территории по цене, урезанной на стоимость оружия. Предпочтительнее «АК‑47», но приемлемы также американские «М‑16» или «М‑2», а боеприпасы для них ФАРК сумеет захватить у разгромленных армейских частей или полиции. А что до другого оружия – и Тирофио энергично хлопает по противотанковому ружью на плече, – то за них Адану позволят купить полтора кило, а то и два.

Адан принимает все условия без споров.

Почему‑то он чувствует, что торговаться как‑то недостойно, даже непатриотично. Да и потом, сделка заработает, только если – и это большое если  – он сумеет заполучить достаточное количество оружия.

– Ладно. Значит, мы договорились? – говорит Адан.

Тирофио пожимает ему руку:

– Когда‑нибудь ты поймешь, что все – политика, и будешь действовать по велению души, а не кармана.

– И в тот день, – заключает Тирофио, – ты найдешь свою душу.

Нора раскладывает обновки на кровати в своем номере люкс маленького отеля в Пуэрто‑Валлларте: рубашки и костюмы, которые купила для Адана в Ла‑Холле.

– Тебе нравится?

– Да, нравится.

– Да ты толком и не посмотрел, – обижается Нора.

– Прости.

– Не надо просить прощения. – Нора подходит и обнимает Адана. – Лучше скажи, что у тебя на уме.

И Нора внимательно слушает, как Адан описывает технические трудности, с которыми столкнулся: где раздобыть столько оружия, сколько потребуется ему для выполнения своих обязательств перед Тирофио? Купить несколько автоматов сравнительно легко: США, в сущности, – один огромный рынок оружия, но те тысячи, которые ему потребуются в ближайшее время, – этого не сумеет поставить даже и американский черный рынок.

Но оружие нужно переправить через Америку, а не через Мексику. Если янки бесятся, когда через их границу перевозят наркотики, то мексиканцы при виде оружия вообще звереют. На многочисленные жалобы Вашингтона о наркотиках, поступающих из Мексики, Лос‑Пинос отвечает жалобами на оружие, переправляемое из США. Это постоянный раздражитель в отношениях между двумя странами: мексиканцы считают, что огнестрельное оружие куда опаснее, чем наркота. И не понимают, почему в Америке человек получает срок за марихуану весомее, чем за продажу оружия.

Да, мексиканское правительство остро реагирует на всякое оружие, как и положено стране, чья история переполнена революциями. И тем более сейчас, когда в Чьяпасе действуют мятежники. Адан жалуется Норе, что нет никакого способа, ну никак невозможно ввезти такое большое количество оружия непосредственно на территорию Мексики, даже если ему и удастся найти поставщика. Оружие придется переправлять сначала в США, потом небольшими партиями провозить контрабандой через Баху, грузить на «боинги» и по воздуху перебрасывать в Колумбию.

– А ты сумеешь закупить так много автоматов? – спрашивает Нора.

– Как‑нибудь извернусь, – отвечает Адан.

– Но где?

Гонконг

1997

Гонконг поражает с первого взгляда.

Сначала долгий перелет над Тихим океаном, внизу несколько часов ничего, кроме синей воды, потом из волн вдруг выскакивает остров, изумрудно‑зеленый лоскуток со сверкающими на солнце башнями‑высотками на фоне впечатляющих гор.

Адан никогда не бывал тут раньше, поэтому Нора показывает ему в иллюминатор достопримечательности: сам Гонконг, пик Виктория, Цзюлун, гавань.

Они поселяются в отеле «Полуостров».

Это ее идея – остановиться на материке в Цзюлуне, а не в одном из современных отелей для бизнесменов на самом острове.