– Их телефоны не отвечают, – говорит Рауль.

– Достань их дома! – взрывается Адан.

– Они и дома трубку не берут.

Адан, схватив новый мобильник, набирает межгород.

Мехико.

Никого нет дома. Ни один из его знакомцев из ИРП недоступен, но если он желает оставить номер, они с удовольствием перезвонят...

А все эта сделка с оружием, думает Адан. Хренов Арт Келлер сообразил, что оружие для ФАРК, и использовал эти сведения, чтобы вынудить Мехико действовать. Адану тошно, на душе черно. Только четверо в Мексике знали про его сделку с Тирофио: он сам, Рауль, Фабиан...

И Нора.

Нора исчезла.

Она так и не появилась в Колониа Иподромо.

Зато полиция появилась.

Она добралась туда раньше меня, думает Адан. Ее загребли во время облавы, и теперь полиция где‑то прячет ее.

Рауль берет ноутбук и вызывает одного из их местных хакеров на конспиративную квартиру в Колониа Качо. Он рассылает кодированные е‑mail ‑сообщения по их сети компьютеров. За шифр – собственное изобретение компьютерного гения – ему заплатили шестизначную сумму, шифр такой мудреный, что даже наркоуправление не сумело раскусить его. Вот до чего дошло, думает Адан, рассылаем электронные сообщения в пространство. Они сидят и сторожат, не катят ли по улице бронированные машины, пока дожидаются ответов. За час Раулю удалось вызвать некоторых sicarios  и пару незасвеченных машин, которые никак не связаны с картелем. А также установить несколько наблюдательных и прослушивающих постов.

Когда солнце заходит, Адан, одетый работягой, и Рауль забираются на заднее сиденье старенького «доджа‑дарта». Впереди сидит вооруженный до зубов водитель и один sicario . Машина петляет по опасному лабиринту, в который превратилась Тихуана, разведчики и электронные прослушки дают информацию о чистых маршрутах. И наконец Адан выбирается из города и едет на Ранчо лас Бардас.

Там они с Раулем вздохнули посвободнее и попытались вычислить, что к чему.

Помог им Рамос.

Баррера включает вечерние новости, а на экране Рамос на пресс‑конференции, заявляющий, что он намерен покончить с картелем Баррера за две недели.

– Вот и объяснение, почему мы не получали предупреждений, – замечает Адан.

– Частичное,  – поправляет Рауль. Такое впечатление, что у Рамоса имеется прямо‑таки путеводитель по картелю. Месторасположение тайных баз, имена сообщников. Где же это он, любопытно, накопал всю эту информацию?

– Это Фабиан слил им все, – говорит Адан.

На лице Рауля появляются призраки сомнения.

– Нет, дорогой, это не Фабиан. Это твоя любимая Нора.

– Нет, не может быть.

– Ты не хочешь верить? – Рауль рассказывает Адану о найденном в машине приборе слежения.

– И это тоже мог быть Фабиан, – упирается Адан.

– Да ведь полиция устроила засаду в твоем любовном гнездышке! – орет Рауль. – Фабиан что, знал про него? А кто знал про сделку с оружием? Ты, я, Фабиан и Нора. Донес не я, и не думаю, чтобы ты. Фабиан в американской тюрьме, так что...

– Но мы даже не знаем, где она! – Тут Адан пугается своей мысли. Он уставился на Рауля, который, чуть сдвинув жалюзи, выглядывает на улицу. – Рауль, что ты с ней сделал?

Рауль молчит.

Адан вскакивает с кресла.

– Рауль, ты что‑то сделал с ней?

И сгребает Рауля за рубашку. Рауль, легко стряхнув брата, толкает его на кровать.

– А что, если и так?

– Я хочу ее видеть.

– Не думаю, что это хорошая мысль.

– Теперь у нас командуешь ты?

– Твоя ненормальная привязанность к этой суке загубила все наше дело, – ответил Рауль, подразумевая: да, братишка, пока ты не очухаешься, командую я.