– Я не переношу, когда кто то страдает.

Мэг молча кивнула, ошеломленная неожиданно резкой болью.

– Я постараюсь не причинить тебе боль. – Осторожно он усадил ее и спустил корсаж вдоль по левой руке, потом по правой, пока он не оказался на талии. Руки Мэг немедленно взлетели, прикрывая грудь.

Джесс изумленно уставился на нее.

– У тебя очень красивая грудь, Мэг. Не стоит…

– Тебя никто не спрашивает, – сердито перебила она.

– Я врач прежде всего. Приподними ноги, – хрипло приказал он и расстегнул ремень на ее брюках.

Мэг привстала на постели, и Джесс, стянув с нее брюки, швырнул их на стул. С каменным выражением лица он снял с корсаж и панталоны.

Щеки Мэг пылали. Как он смеет так пылко смотреть на нее? Или это только кажется?

– Ну, а теперь ночная рубашка, – объявил Джесс. – мчала голова и затем, левая рука. Если больно двигать правой, то ограничимся этим.

Ни один мужчина не проявлял к ней столько нежности, исключением разве что Зака. Она забыла о боли, когда помогал ей надеть рубашку.

– Ну что, попробуем с правой рукой или оставим так? – спросил он.

– Давай наденем как положено. Застежка спереди доходит почти до талии, так что ты сможешь осмотреть рану, не раздевая меня.

– Хорошо, – кивнул Джесс. – Готова?

Мэг глубоко вдохнула и замерла. Джесс осторожно продел правую руку в рукав. Слезы градом покатились по ее щекам.

– О Боже, Мэг. Извини, – мягко проговорил Джесс, вытирая ей мокрые щеки.

– Все хорошо, Джесс. Я вытерпела. – Она улыбнулась ему, шмыгнув носом. – В следующий раз буду осторожнее.

Джесс застыл на месте, сурово глядя на нее.

– Следующего раза не будет. Мэг ответила в том же тоне:

– И кто же посмеет запретить мне это? Ловить преступников – моя работа.

– Зак обсудит с тобой это. Он любит тебя. Я думаю, ты тоже любишь его.

– Конечно, я люблю Зака, – нетерпеливо подтвердила Мэг. – Но это здесь ни при чем. Я самостоятельная женщина и привыкла сама принимать решения. Жизнь – сложная штука, Джесс, как ты, наверное, знаешь. А особенно для женщины.

– Нет, если она замужем. Или, как в твоем случае, под защитой мужчины…

– Ты так уверен в себе, не так ли, Джесс?

Джесс вздохнул:

– Мэг, я не смогу спасти тебе жизнь, если ты снова попадешь в беду. Я разговаривал с Заком. Он согласен со мной.

– У тебя выдался непростой день, – съязвила Мэг.

– Ты права, я устал. Я дам тебе опия, чтобы ты получше выспалась. Зак скоро придет. – Джесс колюче взглянул на нее. – И никаких резких движений, пока я не разрешу. Ты понимаешь, что я имею в виду.

Резких движений… Смыл его слов наконец дошел до нее, и она обдала его ледяным презрением.

– Не волнуйтесь, доктор, я постараюсь держать себя в руках. – Она отвернулась.

Джесс обхватил ее лицо ладонями, заставил девушку посмотреть ему в глаза.

– Мэг, я знаю, что между тобой и Заком… Короче, я не слепой. Как врач, я беспокоюсь за тебя.

– Конечно, – сухо заметила она, – как врач. Глаза Джесса потемнели.

– Если бы я не был врачом, если бы я был просто мужчиной, с которым тебя неожиданно свела судьба, я бы сделал это.

Губы Джесса замерли в дюйме от ее рта. Его щеки успели зарасти щетиной, а морщинки, лучиками расходящиеся от уголков глаз, за этот день стали, казалось, глубже, но губы… Ах, эти губы были такими мягкими и зовущими… Могла ли она устоять перед поцелуем? Он глубоко, медленно вздохнул, нежно касаясь губами ее рта. Короткий стон вырвался из ее груди. Это, казалось, придало ему уверенности, и поцелуй стал еще более страстным.