— Ваша светлость, я желаю быть Всадником.

Иль невозмутимо ответил ему:

— Ну, раз желаешь, Виго, так будь им. Во Всадники никому дорога не закрыта и как только я научу вас держаться в седле, мы поедем туда, где построим город Счастья. Ты уже поселился?

Парнишка кивнул головой и сказал:

— Да, вместе с бароном Айдером и Жедоном, ваша светлость. Мастерскую я оставил своему младшему брату и отчиму.

— Стоп, парень! — Воскликнул Иль — Теперь ты будешь обращаться ко мне по другому — Всадник Ильхем или просто атаман. Понял, казачонок? Кстати, казачата это юные всадники.

Сразу после этого Иль направился в таверну, поскольку не ел со вчерашнего дня, ну, а после плотного завтрака повёл всех девушек к портным, у которых заказал для них по пять смен одежды мужского фасона и до самого вечера занимался организационными вопросами. Ему срочно требовались фургоны и самые лучшие молламы, чтобы перевозить народ в поместье и обратно в казарму, в которую быстро превратился постоялый двор. На этот раз в таверне вечером уже не шла гулянка, хотя будущие Всадники и не выглядели угрюмыми. Просто вина за ужином было выпито самая малость, но смеху и веселья было предостаточно, а на утро, позавтракав, они погрузились в фургоны и отправились в поместье Гайера Флагора. Тот ждал их возле ворот вместе с супругой, детьми и всеми своими работниками. Иль галантно раскланялся перед госпожой Лайвой, но та лишь надменно кивнула ему головой. Взгляд этой красивой женщины лет тридцати пяти был холодным и равнодушным и тогда Иль сказал:

— Гай, старина, поехали на ту площадку, где ты учишь молламов тягать на себе телеги, и я покажу вам, как на них нужно скакать верхом. Извини, но пока что мивха будет бежать рядом со своим молором в станке. Но я не думаю, что это продлится слишком долго. У меня есть одна пара молламов дорелинской породы, которую я обхаживал особо и они ко мне очень привыкли. Можно сказать, что мы подружились. Молора зовут Свирд, а мивху Сайва, вот их-то я сейчас и оседлаю.

После этих слов жена бургомистра посмотрела на него с интересом и даже села в тарантас рядом с баронессой, одетой в мужское платье, а её муж взобрался на козлы и стал показывать дорогу. Через двадцать минут Иль распряг молламов и тут же стал надевать на них сбрую, что он проделывал уже не единожды. Животные отнеслись в этому равнодушно и даже пытались заигрывать с ним. Особенно мивха. Иль на время приостановил процедуру надевания сбруи и приласкал её, после чего набросил, наконец на молламов сёдла, соединил все ремни и затянул подпругу. Последним его действием была установка специальной металлической рамы, оплетённой кожей и вот, наконец, Иль ухватился за специальные петли на горбу и взлетел в седло. Как только он оседлал Свирда, тот было дёрнулся, но Всадник крепко стиснул горб молора ногами, обутыми на этот раз не в ботфорты, а в ичиги и его скакун моментально успокоился. Иль победительно посмотрел на остолбеневших молламоводов и крикнул:

— Ург, ург, Свирд, пошел, мой мальчик!

При этом он слегка качнулся вперёд и молор вместе со своей мивхой с хода поскакал утоптанной копытами молламов площадке. Широко раскинув руки в стороны, Иль хохотал во всё горло и радостно улюлюкал. Его восхищала скачка на этом прекрасном верховом животном. Молор ведь был иноходец и потому бежал очень ровно. Иль очень быстро определил, как именно нужно давать ему шенкелей и потому выписывал по площадке совершенно головокружительные кренделя и зигзаги. Мивха только изредка удивлённо посматривала на Всадника и тут Иль понял, почему мивхи старались сбить со своего молора каждого, кто осмелился вскарабкаться на его спину.