Мужчина не стал повторять мою ошибку. Вместо этого он крепко стиснул меня в объятьях, прижал, будто пытаясь закрыть собой от всего мира. Было трудно дышать и почти больно, но не возникло даже мысли воспротивиться. Наоборот, хотелось навсегда запомнить это ощущение близости и стремления к единству гораздо более полному и плотному, чем может дать любой физический контакт.

Некоторое время мы так стояли, не шевелясь и почти не дыша, одинаково боясь спугнуть мгновение, а потом одновременно очнулись, размыкая объятья.

— Ну что, может, всё-таки дома побудем? — провокационно уточнил Барс, пристально меня разглядывая. Растолковать этот взгляд я не могла, но почему-то под ним очень пожалела о собственном неумении мурлыкать. Кажется, именно это действие лучше всего отразило бы мои собственные эмоции.

— А, может, всё-таки нет? — улыбнулась я.

— Ладно, я тебя понял, ты насиделась на одном месте и желаешь движения. Будем организовывать культурную программу! На Земле уйма всего интересного, что можно посмотреть, но я плохой экскурсовод, потому что не люблю музеи и прочие подобные места.

— Ты же вроде бы увлекался историей? — растерянно уточнила я. — Как-то это… не сочетается.

— Меня интересовали события, а не интерьеры и предметы старины, — он беспечно пожал плечами, увлекая меня за собой прочь из ванной. — Да я сам понимаю, что это как-то нелогично и глупо, но картинки в книжках мне почему-то казались живее настоящих вещей. Может, потому, что в книгах они… моложе, что ли? Когда смотришь на реальный кремниевый пистолет, он кажется неестественно древним, как будто уже давно умер и был похоронен, а его же голографическая проекция — вроде ничего так, бодрячком, — хмыкнул мужчина. — Вот старинные дома, они, наоборот, вызывают уважение, но интерьеры мне просто скучно смотреть. Опять же, это было больше чем пол жизни назад, я уже не вспомню даже то, что знал тогда. Слушай, есть идея. Пойдём, просто прогуляемся по старому городу? Там здорово. Я, в общем-то, поэтому именно здесь квартиру купил, что довольно недалеко.

— Ничего не имею против, гулять — так гулять! А как хоть этот город называется и насколько он недалеко? Просто, пока мы летели, я никакого города не заметила.

— Санкт-Петербург. Он чуть в стороне, ты и не могла заметить. Пойдём, а то мне уже тоже интересно, как ты отреагируешь на старинную земную архитектуру, — заметно оживился Барсик. — Одевайся, а я пока запущу автоматику, чтобы всё это побоище на кухне убрать, — хмыкнул он.

— Тут и такое предусмотрено? — удивилась я.

— Я очень не люблю заниматься уборкой, так что — да, на этом пункте я не экономил, — рассмеялся Зуев.

Земля от Гайтары отличалась кардинально, на уставший от индустриальных пейзажей взгляд — в лучшую сторону. С развитием атмосферного транспорта отпала надобность в когда-то связывавших города наземных магистралях, а потом земляне отказались и от городов как таковых. Колыбель человечества сейчас отдыхала от бурной деятельности своих беспокойных чад, передав лавры центра цивилизации другим мирам; тому же Яллу, например. Номинально она всё ещё оставалась столицей, здесь проводились многие правительственные встречи, здесь располагалась резиденция Президента Федерации, но экономически это был научно-аграрный мир, мир-памятник. Огромные природные заповедники были прорежены полями и садами, по одиночке или отдельными группами были раскиданы в этом массиве аккуратно вписанные в пейзаж жилые дома, учебные заведения и развлекательно-туристические центры.