Глава восемнадцатая

    Я как «барин» предоставил товарищам собирать остатки еды в сумки и готовиться в обратный путь, а сам ненадолго отошел в ближайшие кусты. Быстро решив свои мелкие проблемы, повернул назад, как вдруг заметил высунувшуюся из кустов чью-то невообразимую рожу. Существо было явно мужеского пола, заросшее бородой до самых глаз, в островерхой кожаной шапке.

    Мы в упор уставились друг на друга. При подробном рассмотрении оказалось, что лицо у моего визави совсем молодое, глаза голубые, но пышная русая борода и лежащие на плечах космы волос делали его похожим на библейского патриарха.

    -  Ты кто таков? - от неожиданности почему-то срывающимся голосом воскликнул я, не понимая, как раньше не заметил это волосатое чудо всего в двух шагах от места своего интимного уединения.

    Парень ничего не ответил и бросился бежать, с шумом ломая кусты. Я, не ожидая новых неожиданных явлений, рванул в другую сторону.

    -  Что случилось? - в один голос воскликнули мои спутники, когда я выскочил на место бивака.

    -  Там какой-то человек! - ответил я, хватая свое лежащее на земле оружие.

    -  Что за человек?

    -  Не знаю, наверное, из деревни. Заросший.

    Иван, не раздумывая, поднял ружье и проверил заряд. Потом подкинул в руке свою алебарду.

    -  Видать, выследили, - тревожно произнес он, цепким взглядом осматриваясь вокруг. - Нехорошо это. И что там был за соглядатай?

    -  Молодой парень, весь заросший волосами. Скорее всего, действительно из раскольников. Я к нему обратился, но он убежал.

    -  Пошли отсюда поскорее, может быть, успеем убраться, пока другие не набежали.

    -  Не успеем, - сердито сказал Тимофей, глядя мне за спину.

    Я обернулся. Со стороны буерака в нашу сторону шли бородатые люди, одетые, несмотря на жару, в кожаные одежды. Мы остались на месте, ожидая, когда они приблизятся. Выглядели гости, мягко говоря, диковато. Все с огромными гривами волос, только сверху прикрытыми островерхими шапками, такими же, как у парня в кустах, с эпически заросшими лицами.

    -  Кажется, мы крупно попали, - негромко произнес Иван, нахватавшийся у меня сленговых словечек, несообразных в этом времени.

    Раскольники, как я их классифицировал про себя, был все вооружены палицами, топорами и луками. Выражений лиц за густой растительностью рассмотреть с такого расстояния было невозможно. Было их двенадцать человек, все крупные, широкоплечие, выше обычного в эту эпоху роста. Шли они, не торопясь, никак не демонстрируя угрозы.

    Наконец, подошли вплотную. Пожилой мужик с сивой бородой и почти полностью седыми волосами низко, в пояс, поклонился первым, вслед склонились остальные. Мы, соответственно, ответили такими же поясными поклонами.

    -  Слава Иисусу Христу, - сказал, выпрямляясь, сивобородый и быстро перекрестился двумя перстами.

    -  Слава Иисусу, - откликнулись мы, крестясь троеперстием.

    -  Кто есьм будете, добры человеки, и почто посетили наши Палестины? - спросил главный, непривычно для слуха произнося слова.

    -  Были на охоте, да немного заблудились, - за всех ответил Иван.

    -  Какая же охота по сию пору, энто не по уставу. Зверь детенышей ростит, - с ударением на первом слоге то ли спросил, то ли утвердительно заметил главарь.

    -  Мы не на доброго зверя охотой пошли, на волка-людоеда, - уточнил Иван.