Он уже собирался повернуть назад, когда услышал металлический скрежет, и из-за стены дождя боком показалась пустая лодка. Дюралевая, как и у него, с навесным моторчиком на корме и цепью, болтающейся на носу. Мотор не работал. Когда Аркадий ступил в лодку, к его ногам подкатилась пустая водочная бутылка. Больше там ничего не было – ни окурка, ни удочки, ни весла.

Аркадий привязал пустую лодку к своей и стал грести к ближайшей лодке на другой стороне пруда. Он и представить себе не мог, чего ради кто-то другой, кроме Водопроводчика или Ванко, вышел бы на воду в такую погоду. Однако Аркадий надеялся, что владелец лодки видел того, кто был в причалившей к нему лодке. Буксировать ее было неудобно: она глухо ударялась о лодку Аркадия, и каждый удар был констатацией зря потерянного времени.

В лодке, находившейся метрах в пятидесяти от Аркадия, сидели двое. Дождь с каждой минутой припускал все сильнее. Когда Аркадий приблизился, он узнал братьев Воропаев. Тарас смотрел за борт, а Димитр стоял на коленях и вытаскивал из воды тело женщины с длинными черными волосами. Серая кожа наводила на мысль, что женщина довольно долго пробыла под водой, но неожиданно она оказалась совсем не вздувшейся, лица было не видно, а платье прилипло к рукам и спине. Вдруг она бешено забилась о борт и чуть не опрокинула лодку.

Тарас наклонился, чтобы выровнять лодку. Он заметил сквозь дождь Аркадия и крикнул:

– Любит подраться!

Аркадий перестал грести – он обалдел: вместо женщины в лодке оказалась зубатка килограммов на шестьдесят – скользкое, безразмерное чудовище, которое дергалось так и этак, поворачивая тупую морду и глядя студенистыми глазами прямо в глаза Аркадию. Тонкие длинные усы свешивались с ее губ, а кожа зубатки была похожа на намокшую вышивку.

– Поймали сетью? – спросил Аркадий.

– Иначе не вытащишь, слишком тяжелая, – сказал Димитр.

– Чернобыльские великаны, – сказал Тарас. – Мутанты. Светятся в темноте.

– Понятно. – Аркадий заметил у Воропаев оружие. Хорошо, что они не рыбачат с гранатами, подумал он и сказал: – Отпустите ее.

Димитр развел руки. Рыба с шумом плюхнулась в воду, покрутилась на поверхности и затем ушла в глубину.

– Расслабьтесь, это просто ради забавы. Там есть рыбины и побольше.

– Вдвое больше, – сказал Тарас.

Братья словно нехотя улыбнулись.

– Мы бы не стали ее есть, – сказал Димитр. – В них полно всякого радиоактивного дерьма.

– Точно. Мы не идиоты.

Аркадий почувствовал, как сердце стало успокаиваться. Он показал на пустую лодку:

– Я ищу человека, который приплыл в ней.

Воропаи пожали плечами и спросили Аркадия, почему он Думает, что в лодке кто-то был. Люди прячут лодки вокруг охлаждающего пруда. Ветер мог унести лодку. И с каких это пор они должны отчитываться перед долбаными русскими? А может быть, у них и свой долбаный мотор? Они сделали последний комментарий слишком поздно – Аркадий уже пересел в лодку с мотором, взял на буксир лодку Ванко и, развернувшись, помчался прочь, не обращая внимания на порывистый ветер с дождем, который убивал на корню всякую мысль о преследовании.

Аркадий снова поменял лодки, добравшись до насыпи, намереваясь вернуть лодку Ванко. По крайней мере на этот раз он будет плыть по течению. Аист с красным клювом, острым, как штык, и белыми крыльями с черной окантовкой, не замечая Аркадия, направился к другому аисту, который медленно плыл вдоль края реки, напряженно выслеживая добычу. Улицы Чернобыля были пусты, зато река изобиловала жизнью. Или убийством, которое само по себе проявление жизни.

Туман постепенно стал рассеиваться. Как гигантские надгробные камни, появились очертания кварталов Припяти.