—     А ты?

—     Меня хлопцы приволокут прежде всех. О ватаге заботься.

—     Родионка, подь сюда! — позвал атаман. Мчись по котлам и зови всех ватажников в порт. Говори: «Спешно уезжаем»...

Семен Чурилов о стычке ничего не знал. Он успел за это время нанять двух капитанов и матросов на два корабля, побывал на «Святой Агнессе», все там привел в порядок, приказал вновь на¬нятым матросам подвести трирему к причалу. Все съестное, что нашлось в порту, ватажники перетащили в трюмы. Сухари, соле-ная рыба, вино и пресная вода — запасы немалые.

Скрипят дощатые трапы — ватажники идут на корабль. Иваш¬ка и Грицько перенесены на суда прежде всех. Лишился Василько верных помощников, про обещание Ольге и думать забыл. Мыс¬лимое ли дело оставить ватагу без головы? Хорошо, хоть Федька

Глава пятая

СУЛТАН БАЯЗЕТ БЛИСТАТЕЛЬНЫ«

Взошед на престол, солтан Бая- зет Вторый взоры свои обратил на Север.

Собрание русских летописей

КОРОНАЦИЯ

страя игла минарета с золотым полумеся¬цем на конце упиралась в небо. Позолочен¬ная крыша дворцовой мечети Эюб ослепительно блестела под лучами весеннего солнца. Направо в сторону пролива раскинулась верхняя часть Стамбула, среди садов с их лаврами, жасми¬нами и розами белели дворцы богатейших вла¬дык Османской империи. Как ценнейший ал¬маз, в оправе улиц и площадей сверкала ме¬четь Ай-София, вокруг нее вонзали свои копья в лазурь неба минареты мечетей Баязета Мол¬ниеносного и Ахмета Первого.

Внизу темнела Галата — другая часть города, где жили гяуры — купцы из Генуи, Маркета и Лагора.

Стамбул ликовал!

Сегодня шейх-уль-ислам1 венчает на царство султана Баязета Второго, и все люди города вышли на улицы, заполнили площадь перед сул¬танской мечетью Эюб. Сегодня новый султан проедет по улицам Стамбула и будет осыпать

1 Глава мусульманского духовенства в Османской им-, пер ии.

104

своих подданных медными, а если он более щедр, то и серебряны¬ми монетами.

В полумрак сводов султанской мечети возносятся славословия служителей аллаха, звучат заунывные молитвы. Вся знать Осман¬ской империи собралась в просторнейших залах мечети. Пестрым, цветастым ковром одежд покрыто все пространство от входа до мраморного возвышения, где шейх-уль-ислам готовится к обряду. Сверкают драгоценные камни на грудях, на шеях и на перстах сипахов, беев и шейхов. Приглушенный гул стоит над толпой.

Девять дней назад умер великий и несравненный Мехмед Фа¬тих— завоеватель. Сегодня, согласно шариату[6], кончился траур по старому падишаху и должен принять священную саблю Османа новый султан.

Сам Баязет Второй стоит на мраморном возвышении и нетер¬пеливо ждет конца приготовлений шейх-уль-ислама. Новый султан молод, высок и широк в плечах. Лицо его чуть смугловатое, нос с горбинкой, крупные черные глаза и аккуратно подстриженная бородка — все это придавало облику султана красоту и мужест-венность. Впоследствии его назовут Баязетом Блистательным.

Шейх-уль-ислам что-то долго возится у золотого блюда, на ко¬тором под шелковым покрывалом лежит сабля основателя импе¬рии. Шейх знает, что в таких случаях торопиться не надо. Может быть, он ждет святого дервиша из Конии. Только он, посланец мо¬нашеского ордена, по древнему обычаю может торжественно опоя¬сать священной саблей нового султана при восшествии на престол.

Наконец, святой дервиш появился. Шейх-уль-ислам торжест¬венно подошел к золотому блюду, откинул пурпурное покрывало:

— Нету бога, кроме бога, и Магомет—-пророк его!—воскликнул он и поднял над головой тяжелую кривую, в золотых ножнах саблю.