|
Свои фальшивые документы Стефан Бойко, Эдуард Балакирев и Павел Боровицкий попросту купили через посредников, о которых не знали ничего – ни их имен, ни где они проживают, ни рода занятий. Надежда на то, что вор-марвихер по кличке Барон знает больше других, была весьма призрачной. А надеяться на то, что старый вор что-либо расскажет, и вовсе не стоило. Однако допросить Барона по поводу липового документа было необходимо. И начальник уголовного розыска городского Управления Министерства внутренних дел республики подполковник Фризин решил провести беседу с ним лично…
* * * Статья о подделке документов в Уголовном кодексе РСФСР была очень строгой – вплоть до высшей меры социальной защиты. И хотя год назад Указом Президиума Советского Союза смертную казнь отменили, поменяв ее на 15 лет тюрьмы, для Барона такой срок неприемлем – по существу, это пожизненное заключение, а он хотел умереть спокойно и в своей постели. На следующий день его привели к подполковнику милиции, видно, занимавшему немалую должность, в большой кабинет на улице Дзержинского. Указав на стул сбоку от себя, он сразу спросил безо всяких вступлений: – Откуда у тебя поддельный паспорт? Времени, чтобы подумать о своей дальнейшей судьбе, у Иосифа Францевича было предостаточно – целые сутки! Конечно, он немного погорячился в споре с «фараонами», можно было бы поумерить характер, но былого уже не вернуть, и следовало исходить из того, что имеется. А реальность была такова – ему грозит длительный срок, соскочить с которого будет трудно, а следовательно, помирать придется не в теплой мягкой постели, а на твердой шконке или в тюремной больничке. Вопрос подполковника давал ему реальную возможность значительно уменьшить срок заключения. Иосиф Францевич не стал бить себя в грудь и заявлять мусору, что он законник, чтит воровские понятия и ни при каких обстоятельствах не станет сдавать человека, сделавшего ему «правильную ксиву». Старый вор решил поторговаться с начальником: первым делом следовало договориться, чтобы тот переквалифицировал статью о нападении на сотрудника милиции на сопротивление представителю власти. Что далеко не одно и то же. За сопротивление можно схлопотать годик-полтора, максимум два. А вот за нападение на милиционера… Здесь попахивает терроризмом. Словом, на больший тюремный срок Барон был категорически не согласен. – Вы тут мне написали, что на сотрудника милиции нападал. Не согласен я с этим. Сопротивление было, признаю! За что же это мне пятнадцать лет сидеть вместо одного года? Если поможешь мне, гражданин начальник, может, тогда у нас и заладится разговор, – прищурившись, посмотрел на подполковника Барон. – Меру наказания определяет суд, а не я, – так ответил Шатурскому Абрам Борисович. – Так-то оно так, – согласился с подполковником Фризиным Иосиф Францевич. – Да только многое зависит от того, как ты, гражданин начальник, это дело суду подашь… – Возможно, – не счел нужным открыто соглашаться с вором (хотя он и был отчасти прав) Абрам Борисович. – Но это во многом будет зависеть от вас. Вернее, от ваших показаний. – А я все, что знаю – расскажу, – вполне искренне заявил Барон. – Вы знаете, кто и где изготавливает фальшивые документы? – спросил начальник городского УГРО. – Нет, – честно ответил Барон, чем заметно опечалил подполковника Фризина. – Но я знаю посредника. А он уж точно знает изготовителей липовых справок… – Как его зовут? – коротко спросил Абрам Борисович. – Антон… – Где найти – знаешь? – в упор глянул на старого вора подполковник Фризин. – Знаю, – последовал ответ. – Он торгует скобяным товаром на Центральном рынке. – Там, верно, не один он такой, – вполне резонно заметил Абрам Борисович. |
