-- Спору нет - красота, - наконец сказал Горд; из его голоса ещё не ушло искреннее восхищение. - Так ведь то мечта одна. 

  -- Чем плохо - мечта? - вспыхнул Одрин. - Что за жизнь то станется,  если не мечтать?! 

   Йерикка, которого Олег не сразу заметил у стены, сказал под одобрительный шумок: 

  -- Ты на Горда внимания не обращай. Его только рыба интересует. А 

   нарисовал ты красиво... - он умолк, словно бы что-то не договорив. И Олег мог бы поклясться, что удержал он на языке те же горькие слова, что думал про себя Олег. 

   Ребята столпились около картины, обсуждая её. Олег тоже хотел подойти... но подумал, что ему станут задавать вопросы про его мир, на которые не хочется отвечать - и, сунув руки в карманы джинсов, вышел обратно в сумрачный коридор. 

   За щелями бойниц лупил красноватый в свете Ока Ночи дождь. На стене масляно поблёскивал зачехлённый ДШК. Кто-то пробежал, накрыв голову курткой, из ворот к дверям башни. 

  -- Вольг! 

   Голос Гоймира вывел мальчишку из задумчивого состояния. Гой-мир шёл по коридору, улыбаясь и обняв за плечо Бранку. Вольг улыбну-лся в ответ, вскинув ладонь в салюте, который всё ещё определял для себя, как "фашистский": 

  -- Вернулся? И уже успел её разбудить? 

  -- Это ты её укрыл? - поинтересовался Гоймир. - Благо... Что Одрин - показал дело? 

  -- Показал, - подтвердил Олег. - А Бранка твоя спать хотела. Раздумала? 

  -- Так он меня развлечь клялся, - насмешливо заметила Бранка. - Так 

   развлекай, коли говорил.  Гоймирово лицо стало слегка растерянным.Он покосился на Олега, и тот, мысленно усмехнувшись, сказал: 

  -- Пойду-ка я, пожалуй. 

  -- Поспешаешь? - с явным облегчением спросил Гоймир. Ясно было,  какого ответа он ждёт, и Олег совершенно серьёзно подтвердил: 

  -- Оченно. Падаю от поспешности. 

  -- А пос-той, - отчеканила Бранка. - Желается мне-е... - она посмотре- 

   ла на обоих мальчишек и закончила: - Желается мне, чтобы вы подра-лись. Вот и будет мне развлечение. 

  -- Как? - поперхнулся вопросом Гоймир. 

  -- Куда проще, - задрала она нос. - Вы драться станете, а я - смотреть. В любой комнате. 

  -- Тебе повезло с девчонкой, - от души веселясь про себя, задумчиво сказал Олег вслух. Непонятно почему, но ему одновременно хотелось плакать и смеяться. Гоймир покачал головой: 

  -- Йой, слепила... 

  -- Трудно ли подраться? - изобразила возмущение Бранка. - А клятвой 

   клялся, что развлечёшь... Одно я спать иду. 

  -- Да не трудно, не трудно, - поспешно сказал Олег. - Гоймир?  Тот двинул плечом: 

  -- Будь по её... Устроим ей скомрашье глядение. Ой и жадны до крови 

   длиннокосые! - он шутливо дёрнул Бранку за косу... 

   ...Нелепость положения Олег ощущал совершенно отчётливо. Ни черта себе - ни с того ни с сего драться, пусть даже и не всерьёз, со своим лучшим другом ради прихоти девчонки... но в том-то и было всё дело! Скорее всего, Бранка решила приколоться над Гоймиром за то, что он не встретил её - для девчонок в таких случаях не существует объя-снений "не мог", "был занят". Это, скорее всего, общее правило для всей Галактики. 

   В первой же пустой комнате они отодвинули к стене большой стол и две скамьи. Гоймир, ни слова не говоря, начал вылезать из своей ру-бахи с капюшоном.