...На фоне грубовато, хотя и ярко нарисованных декораций некоего богатого города началась вполне обычная история. Только персонажи были одеты так, что в старшем сыне сразу можно было узнать горожани-на, в среднем - лесовика, а в младшем - горца. Куклы изготовила рука  мастера, и даже Олег, избалованный телевидением и видео, смотрел внимательно, хотя и ожидал, что сейчас начнутся традиционные поиски невест и так далее. 

   Однако вместо этого на сцене разворачивались другие события. Старый князь пошёл походом на неведомых чужаков, что разоряли ок-раинные земли. И вернулся разбитый, с остатками дружины, сам уми-рающий от ран. На заднем плане ловко и бесшумно менялись декора-ции, создавая ощущение смены пейзажей и вообще здоров оживляя происходящее. 

   Умирая, князь завещал своим детям, пришедшим проститься с отцом: 

  -- Приближается напасть! 

   Чтоб вам, дети, не пропасть - 

   Друг за друга стойте крепко, 

   Не делите, братья, власть! 

   Но почти сразу после отцовской кончины старшие братья приня-лись затирать младшего. Старший с ним вообще знаться не хотел. Сре-дний всячески обманывал в мелочах и в крупном. Младший не обращал внимания, вёл себя по-прежнему дружелюбно,да ещё и охранял границы княжества, пока старший бездельничал, а средний копил богатства. Зри-тели реагировали очень непосредственно, поддерживали младшего со-чувственным гулом, а в адрес старших не скупились на сердитые репли-ки. 

   Вот как-то братья обедали. И вдруг прямо в их богатую горницу ворвался всадник - рыжий, как огонь, на большом коне. У всадника был отчётливо крючковатый нос, и в толпе заперешёптывались: "Анлас, анлас..." И точно - братья заговорили: 

  -- Вот анлас пришёл до нас. 

   Что расскажет нам анлас? 

   Гусли сменили ритм - мелодия стала явно не славянской. Всадник, соскочив с коня,заговорил - и речь его тоже была иного стиля: без рифм, с частыми аллитерациями. Он жаловался братьям-князьям, что, пока пас он своих коней, неведомая злая сила разорила кочевье, и нашёл он ста-риков-родителей сгоревшими в пламени, младшего брата-юнца - лежа-щим у пожарища с копьём в руках, умершего от ран, верных псов - пору-бленными, а молодую жену и новорожденную дочь унесла злая сила невесть куда. 

   - Чем на пожарище Я снарядился Злую ту силу 

   Чадном и горьком В дорогу дальнюю Выследить 

   Мёртвых оплакивать, В дело праведное. Месть отомстить клялся я, 

      За погубленных родичей, Дочке не дать Наши отцы 

   Мёртвым лечь, Рабыней вырасти В битве яростной 

   Иль вернуть любимую, Под плетью вражеской. Спины прикрыли 

      Друг другу накрепко, Звались они По силам помощи! 

   Смерть отвели Побратимами до смерти. 

   Друг от друга оружием, Жду я от вас 

   Но оба старших брата принялись юлить, ловчить, отнекиваться, а потом прямо заявили, что они к отцову побратимству касательства не имеют, и пусть анлас сам со своими врагами разбирается, а от их земель любая опасность далеко - не по воздуху же враг прилетит?! Тогда вско-чил младший: 

  -- Вижу, нету толку с них, 

   С этих лежебок двоих! 

   Я пойду, анлас, с тобою - 

   Ближних вызволять твоих! 

   И ускакал с анласом. А старшие только обрадовались: 

  -- Ускакал наш дурачок! 

   Ну а мы-то тут при чём?! 

   Будем жить оба-двое, 

   И сыты, и пьяны.