-- Ой, скок-поскок, 

   Промеж звёзд - да мосток, 

   По тому мосту 

   Я к вам в Мир иду. 

   Я не князь, я не бог. 

   Я простой паренёк, 

   Я зовусь Иван - 

   Берегись, данван! 

  -- Да никак сам Иван-Великан! - всплеснул руками дед. - Ой, и впрямь 

   - берегись, данван! Тот Иван - не данванский Иван, не Иван-Болван, не безродина подзаборная, силой крещена, на беде повенчана! Ноги уноси, разорители! То брат наш идёт, грабители! 

   Хангары тишком рассосались в какие-то щели, как и не было. Дан-ваны ощетинились оружием, но откуда-то сверху за из спины прыгнул не уступающий им в росте и ширине плеч... Олег открыл рот. На этом герое был пятнистый камуфляж, фуражка набекрень и АКМ на ремне. Впрочем, он справился и без АКМ - сгрёб данванов в охапку и треснул головами, прокричав: 

  -- Ну-ка - нечисть с дома прочь! 

   Навались - делу помочь! 

   Быстро опустилась новая декорация - на ней люди кто чем гнали по развалинам хангаров и данванов, те удирали, сломя голову и побро-сав оружие, во все стороны, прятались в щели, а восставшие опрокиды-вали брёвнами вельботы, поддев под днище, освобождали пленников... А впереди трое братьев, анлас и Иван-Великан лихо домолачивали сво-их врагов, выкидывая их за верх занавеса. Полёт каждой куклы толпа сопровождала хохотом и одобрительными выкриками. Наконец с послед-ним врагом разделались, и герои представления встали в ряд на краю сцены, поклонились, а занавес опустился. 

  -- Кабы в жизни так, - тихо сказал старик, ещё раз поклонился и 

   медленно ушёл за балаган... 

   Вместо него появился другой скомрах - с рожком и волынкой, на которых одновременно заиграл что-то донельзя дурашливое, при этом ещё и ухитряясь высоко подпрыгивать, кувыркаться, а его напарник в длиннорукавой рубахе и перекошенной кожаной "харе", проходись коле-сом, распевал разную смешную чушь: 

  -- Как у Иванова двора 

   Загорелася вода. 

   Вёской всей пожар тушили, 

   А пожар не загасили. 

   Пришёл дедушка Фома, 

   Расседая борода. 

   Он народ прогнал в овин, 

   Затушил пожар один. 

   Как Фома тушил пожар, 

   Он об этом не сказал. 

   Только слышно стороной: 

   Затушил он бородой! 

   В толпе начали смеяться. Но Олегу, если честно, ни стихи, ни ужимки скомрахов по душе особо не пришлись. Он покосился на Йерикку и начал проталкиваться в сторону, на свободу. 

   Оставалось сделать пару шагов, когда Олег неожиданно споткнул-ся. Ему сперва показалось, что под ногу попала кочка, но, с трудом удер-жавшись на ногах и выпрямившись, он столкнулся взглядом с мальчиш-кой своего роста и сложения, который буркнул: 

  -- Глянь, куда копытишь! - и, пихнув Олега плечом - весьма чувстви- 

   тельно! - собрался было ввинтиться в толпу. Но Олег бросил ему в спину: 

  -- А ты костыли не расставляй, инвалид хренов, а то как бы не 

   поотшибали. 

   Реакция мальчишки была совершенно адекватной - он разверну-лся, словно закрученная и отпущенная пружина, подбоченился и встал перед Олегом, меряя его взглядом. И только теперь Олег с запоздалым сожалением заметил на его алой головной повязке чёрные силуэты падающих хищных птиц.