-- Мне нужно говорить с вашими командирами. Мне и Бранке. 

* * * 

  -- Стал быть, погиб Немой. И все люди добрые в Трёх Дубах погибли. 

   Олег кивнул, хотя ответа от него не требовали. Кивнул машиналь-но.Он сидел за столом, держа на нём забинтованные мягкими льняными полосками руки - сбитые пальцы тупо ныли. Перед ним дымилась на вы- 

   шитой скатерти - вышивка варьировала рысь в разных положениях - деревянная миска,доверху полная кашей с кусками жареного мяса и луком, и крепкая, уже немолодая женщина ворчала, что мальчику не дают по-есть. Олег почти не слушал её. Впервые за много дней он находился в полной безопасности, в абсолютном покое,и эти ощущения словно выде-рнули из него стержень, незримо поддерживавший мальчишку. Он хотел спать. И хотел плакать. 

   Князь Крук - угрбюмый, седоволосый, но с неожиданными чёрными усами, спускавшимися на грудь - выслушал его очень внимательно, с не-дрогнувшим лицом, как до того выслушивал Бранку, которую пото отос-лал движением бровей. Олег не мог понять, что думает о нём князь. Жа-леет? Сочувствует? По глазам - синим, не старческим - не поймёшь даже движение мысли... 

  -- Что не ешь? - спросил Крук, и Олег вздрогнул. Покачал головой: 

  -- Спасибо... то есть, благо (князь неожиданно улыбнулся - зубы крепкие, ровные, только левый верхний клык сломан пополам). Спать очень хочется... 

  -- Потерпи уж... - Крук придвинул к себе лежащий на столе пульт, повертел, положил обратно. - Мне говорить с тобой надо. 

  -- Вы можете мне помочь? - быстро спросил Олег, поднимая голову. Князь смотрел ему прямо в глаза.Олег не отвёл взгляда,повторил требо-вательно, голосом, ставшим очень высоким даже для его лет: - Вы може-те мне помочь? 

  -- Я знал деда твоего,Вольг, - вместо ответа негромко сказал Крук. - Он  меня вынес с поля битвы нашей последней, смертной - от Чёрных Ручь-ёв... 

  -- Вы знали деда? - недоверчиво спросил Олег. - Сколько вам лет? 

  -- Да уж за девятый десяток, - спокойно ответил князь. - У нас стариков- то немного, да уж те, кто есть, дряхлости долго не поддаются... 

  -- Вы знали деда... - повторил Олег. - Вы знаете, как работает машина  для переноса?! 

  -- Не знаю, - покачал головой князь. - И боюсь я, Вольг - у нас того никто и не знает. 

  -- Никто, - Олег обмяк. Слёзы подступили к самым глазам, ресницы набухли, мир расплылся и задрожал. - Значит... 

  -- То ничего не значит, - возразил Крук. - Вот слушай, что говорить стану. Не умею я красиво-то, ну да захочешь - послушаешь песни наши, там складней... А пока меня слушай. В Мире-то ходы на Землю есть где-ниг-де. Кто говорит - на севере (Олег обратил внимание, что Крук оперирует привычными ему, Олегу, названиями сторон света), - кто на юге, кто - в горах, а кто и вовсе - на дне морском! Одно стать верно - есть они. В дав-ние времена жил тут народ ариев, в Мире жил. Потом часть его теми хо-дами на Землю ушла, а часть в Мире осталась.От тех, кто остался, анла-сы пошли, кочевники с северо-запада. Тому две тысячи лет прошло, как народ наш, славяне, теми же ходами на старую родину - в Мир - верну-лись. Снова жить здесь стали, а где те хода - забыли. То ли зло какое по их следу шло, то ли просто время знание унесло с собою... Неполную со-тню лет назад на юге вновь наши родичи объявились. Было то за считан-ные до моего рождения годы. Они-то не ходами пришли. Построил кто-то на Земле ту машину, которую ты видел. Такую же. И пошли они, как в тёмный лес,наудачу - и выпало им родину предков найти... Только не заде-ржались они тут - ушли, а машины оставили. Потом - уже при моей жизни - снова люди с Земли сюда приходили. Другие люди, но тоже родину пре-дков искали, на их языке - "ФАТЕРЛЯНД".