— А кто он?

— Старший писарь из канцелярии портовых сборов, — ответил Хрип, не отрывая глаз от цели, — Зовут Гаррик. Завтра утром получит взятку от капитана «Морской Ведьмы» — занизит налог на груз шёлка из Круга Земель, а разницу сунет в карман.

— Откуда знаешь? — удивился я, — Неужто сам рассказал?

— Помощник капитана «Морской ведьмы» сегодня в обед налакался в таверне, — шмыгнул тощий щипач и снова потёр шрам на шее, — Он всем хвастался, что капитан наварит больше, чем рассчитывал, и с командой поделится. Когда долго ходишь по морю, сильно скучаешь по крепкому вину. А оно только так развязывает языки, знаешь-ли.

— Тебе-то откуда знать? — фыркнул Щелбан, — Ты ни на корабле не плавал, ни вина не пил ни разу!

— Слыш!

— За углом подышишь!

— А ну заткнулись оба! — со смехом прикрикнул на них Рив, — Как всегда, отвлекаетесь! Главное, Краб — парни нашли клиента, а там уже проследили за капитаном, его помощником и квартирмейстером, и увидели, с кем они договаривались. Подслушали часть разговора — ну и всё!

Я только покачал головой, поражаясь ловкости малолетнего воришки и продуманности симории. Они явно знали, что делали.

Гаррик, между тем, неспешно зашагал по мостовой, покручивая трость и изредка постукивая ею о камни, будто отмеряя шаги. Рассредоточившись, мы двинулись следом: Тур шёл чуть позади, изображая пьяного матроса, Щелбан и Хрип растворились в толпе, а мы с Ривом плелись по другой стороне улицы, прикрываясь группой торговцев, тащивших тележки с рыбой.

— Надо запомнить его маршруты, — наставлял меня «клык», — Узнать, где он ходит, в какие лавки и заведения заглядывает чаще прочих, где останавливается, с какими шлюхами флиртует, смекаешь? Это всё можно использовать. Вот как раз сейчас мелкие трутся рядом с ним — запоминают имена, с кем он ведёт дела, и всё такое.

Я кивнул.

— Понимаю. Но есть один момент…

— Ну-ка, удиви.

— Я не выгляжу как человек, которого можно пожалеть, — сказал я честно, — Рука сломана, да — но по виду же чистый оборванец. Ты сам говорил, что даже в «Вороньем гнезде» есть шанс, что такого беспризорника прогонят взашей, или накостыляют. А он не выглядит как жалостливый человек — глянь сам.

Как раз в этот момент чиновник с презрительной гримасой махнул тростью, отгоняя прилипших к нему попрошаек. Один из них, мальчишка лет десяти, попытался ухватить Гаррика за рукав, но получил удар тростью по пальцам, и с визгом отскочил.

Рив хмыкнул:

— Быстро учишься. Но мы уже и так потратили целый день, чтобы его найти — и за это нам никто не заплатит. Да и насчёт денег верняк наводка.

— Не спорю. Но это поправимо. Мне просто нужна другая одежда.

Рив задумался на несколько мгновений, затем коротко кивнул — и подал Щелбану какой-то знак. Тот мигом оказался рядом, выслушал шёпот «клыка», тоже кивнул — и снова скрылся.

— И еще… — добавил я, повинуясь какому-то наитию и пришедшей в голову идее, — Просто сломанная рука — тем более, уже перебинтованная — это не так страшно.

— Тебе виднее, — фыркнул Рив.

— Я к тому, что если на повязке, скажем, будет кровь… Это сыграет лучше.