Холод снова пробежал по спине.

Неужели он почуял меня⁈ Неужели увидел⁈

Бежать! Нужно БЕЖАТЬ!

Однако сил у меня по прежнему не было, и единственное, что оставалось — сидеть на месте, в надежде, что меня просто не заметят…

Я боялся даже пошевелиться, отползти от щели между ящиками, чтобы не выдать себя движением… И эльф отвернулся!

Мужчина в чёрном плаще растянул губы в уродливой усмешке, и его покрытое рунами лицо исказилось в гримасе.

— Ну что, мастер, загнали-таки мы добычу! — глухим голосом произнёс он, и при этих словах руны на его лице вспыхнули кроваво-красным светом, будто впитывая его злорадство.

Лысый эльф невозмутимо кивнул, а затем сделал несколько неторопливых шагов к дрожащим пленникам. С каждым движением камни Силы на его голове переливались новыми оттенками — от ядовито-зелёного до глубокого фиолетового. Его длинные пальцы с тонкими, почти прозрачными ногтями слегка подрагивали, будто ощупывая невидимые нити судьбы своих жертв…

— Пожалуйста… Господин… Господин, мы будем служить вам! Мы сделаем всё, что скажете! — женщина захрипела, её пальцы судорожно скребли доски пола. Глаза её были широко раскрыты от животного страха — и словно чувствуя это, держащая её теневая гончая утробно зарычала и чуть сжала когтистую лапу. Мужчина же с перекошенным от ярости лицом, рычал как загнанный зверь:

— Не троньте её! Не троньте, слышите! Возьмите меня!

Вторая теневая гончая клацнула челюстью прямо над лицом несчастного, заставив его заткнуться.

В этот момент я заметил то, на что не обратил внимание сразу. У мужчины прямо посреди лба кровавым светом пульсировала маленькая точка. У женщины, видимо, была такая же — на груди, где сквозь разорванную рубаху проглядывало синеватое свечение.

Камни Силы! Они были вплавлены прямо в их тела, также как у меня!

Эльф, подойдя к женщине, медленно протянул руку к её груди. В воздухе запахло чем-то металлическим.

Она успела вдохнуть, чтобы закричать — но её грудь просто взорвалась. Кости, плоть, внутренности — всё смешалось в кровавом фонтане, забрызгав ближайшие ящики и мешки — но не попав на эльфа. В его ладонь медленно опустился маленький камешек, тускло светящийся сквозь пальцы.

Мужчина на секунду остолбенел — а затем его лицо исказилось в гримасе чистой ненависти.

— Я ТЕБЯ УБ… — начал он, но эльф уже сделал едва заметное движение.

Голова бедолаги лопнула как перезрелый плод, разбрызгивая вокруг фрагменты костей, мозга и клочья кожи. В воздухе повисла алая дымка, и второй камень аккуратно упал в ожидающую ладонь убийцы.

Теневые гончие словно получили команду — с жадным чавканьем они набросились на ещё тёплые тела. Их клыки с хрустом перемалывали кости, а длинные языки жадно слизывали вытекающую кровь. Звуки этой трапезы — хлюпающие, чавкающие, скрежещущие — наполнили склад, смешиваясь с запахом свежей крови и содержимого разорванных кишок.

Меня чуть не стошнило снова — но я остановил этот позыв и заставил себя оставаться неподвижным.

Эльф повернулся спиной к этой бойне с выражением глубочайшего равнодушия на своём мраморном лице. Его помощник приблизился, и я заметил, как его глаза жадно сверкают при виде камней в руках хозяина.

— Похоже, в городе всё больше тех, кто знает про камни, — прошептал он, и его голос дрожал от возбуждения, — Если всплывёт, что они не просто появляются во время Приливов, но и падают с Ураниоса… Могут возникнуть проблемы. В городе и так хватает охотников за «остатками» с небесного города…

Высокий эльф кивнул, и камни на его голове на мгновение вспыхнули ярче.

— Это не проблема, Падальщик, — произнёс он ледяным тоном, — Мало у кого хватит сил сопротивляться таким, как мы.