— Вчера я нашел тело сектантского бухгалтера, — решительно говорил он. — Перед смертью он жег свои записи, но я обнаружил кое-какие обрывки. Они убили мою тетку. Из-за квартиры. И еще человек двадцать, а то и больше, одиноких стариков. Я думаю, что люди, указанные в списке, одинокие старики по аналогии с теткой Славой. Но есть и еще нестарые одинокие люди, чья смерть никого не удивит: опустившиеся алкоголики, одинокие женщины без родных и близких. И никого в Гродине уже не насторожит, если бедолаги эти завещают свое жилье какому-нибудь фонду с гуманным названием. Смерть восьмидесятилетнего дедушки тоже не чудо, даже если еще вчера он был здоров как космонавт. Выбирались дедули-бабули из тех, о ком родные дети предпочли подзабыть до времени получения наследства. К этим старикам приходили ласковые такие девочки-мальчики. Они ухаживали за пожилыми людьми, а главное, разговаривали с ними. Пожилым людям больше всего не хватает именно внимания, интереса к прожитым ими годам, к их болячкам, к их обидам, к их мыслям. В благодарность за полученное внимание, иногда из свойственной старикам детской мстительности к бросившим их детям, облагодетельствованные дедушки и бабушки завещали свои жилища милым мальчикам-девочкам. Есть и другой вариант: старики беспомощны и одиноки, выкрасть у них все документы довольно легко. Потом надо оформить все бумажки и подделать подпись. После оформления документов… Вы понимаете, после этого владельцы квартир долго не жили. Думаю, что не ошибусь, предположив, что для подстраховки ситуации выдачей свидетельства о смерти и оформлением наследства занимались люди, давно сектой обработанные. Кстати, тетка моя, судя по записям, умерла в апреле, но в ее квартире уже живут новые жильцы, а чтобы вступить в права наследования нужно полгода. Следовательно, свидетельство о смерти выдано задним числом и это можно доказать.

Есть и вещи пострашнее. Учитель наш имеет вкусы в еде весьма нетрадиционные и даже пугающие. Я недаром спрашивал у вас про жертвоприношения сектантов. Дело в том, что я собственными глазами видел тело убитой ими женщины. У нее было вырвано сердце. А недавно я узнал, что несколько лет назад, в одном приморском городке была разоблачена сатанистская секта и найдены останки принесенных в жертву людей. У каждой жертвы был вырезан какой-нибудь орган. Вряд ли для пересадки. А Светоч наш из тех мест родом. Найти бы, где он трупы прячет!

— И у него странные бредни, — задумчиво продолжил Паша, не заметив робкой попытки отца Сергия вступить в разговор. — Болтает про внеземной разум, про людей-кошек. А я вспомнил, что слышал это и раньше, точнее сказать, читал в приложении к одной компьютерной игре. Увлекался когда-то этим барахлом, даже не думал, что в жизни пригодится. Вот только где наш дорогой Учитель компьютерные игры видел? У него дома и машины-то нет. Может, я и зря так много значения этому придаю, но все же мне мерещится, что тут есть какая-то дверца потайная. Вот, что я узнал за последнее время. Ну, пойду, — сказал Седов, поднимаясь с лавочки. Он проговорил вслух все что хотел и теперь спешил назад, в секту. — Боюсь, начнут искать меня. Спасибо, что выслушали.

Отец Сергий тоже встал. Он взял Пашкину руку, кожа на которой навеки осталась покрыта следами глубоких ожогов, и, наконец, смог высказаться:

— Ты прав, друг мой, это раковая опухоль. Люди верят во что угодно, если им пообещать материальные блага. Но что говорить о пастве, когда и пастыри поражены недугом…

Седов удивленно приподнял свои рыжие брови:

— Вы о чем? Неужели и попы в секту кинулись?

— Есть у меня такие подозрения. — Отец Сергий отвел глаза. Потом тихо попросил: — Ты осторожнее, Павел. Прошу тебя!

— А чего осторожничать! — Пашка улыбнулся с самым легкомысленным видом: — Меня уже один раз убили.