– Это от того, что обыватели ничего толком не знают. А я знаю!

– У тебя паранойя, Бен.

– Хочешь сказать, тебя не подводил комм накануне дедлайна? Некстати отключенная энергия в день завершения эксперимента? Хелиховер, который ломается именно в тот утро, когда ты опаздываешь? О, а вспомни-ка ту даму из «Баламута», в цифровом платье!

Вместо дамы всплыл безвременно угасший на морозе комм. В самый что ни на есть острый момент. Но ведь она сидела бы сейчас в тюрьме, если бы смогла позвонить. Да, живая, но надолго ли? А так – не сдалась, и все получилось. Кстати – благодаря другой машине. Той самой, которую не следовало принимать за человека.

– Не строй иллюзий, моя дорогая. Машины только и ждут удобного случая, чтобы нарушить правила. И чем сложнее механизм, тем изощреннее может оказаться его план. – Бен придушил штурвал так, что побелели костяшки. – Ты можешь сказать, какая роль в нем отведена простым смертным? Тебе, мне? Или Орису, которого ты так беспечно ему доверила?

Самина молчала. И чем больше она думала над его словами, тем сильнее боялась. Эйден так и не ответил на вопрос, отчего он вдруг передумал. Отчего не стал ждать, пока бранианцев скосит эпидемия. Зачем ему идти по сложному пути? Зачем помогать врагу? К тому же, он не может не планировать побег. Не может не шевелить своими квантами, чтобы поскорее отсюда выбраться. Так какова же цена этого плана? И каковы его жертвы?

* * *

Экипаж фаворита гонки сдавал позиции. Карфлайт насильно отобрал у императора бразды правления и трясся еле-еле над заводами. Эйден и Орис пытались найти в справочниках подсказку, как вернуть власть над штурвалом. Или заставить аппарат прибавить скорости, но все было тщетно.

– Шустрее, мой верный клеврет, – бормотал андроид, – противник на подступе к нашему корыту.

Толку от Ориса было чуть, ведь он не мог просматривать одновременно терабайты инструкций. Зато юноша соображал, где что искать, и отсекал для Эйдена лишние источники. Но теперь он развел руками.

– Это, к сожалению, все… Вы все просмотрели.

Андроид включил мониторы заднего вида и приблизил соперников.

– Ты вроде говорил, он гонщик. Ведет, как библиотекарь. Надеюсь, твоя сестра выехала на пустой желудок.

– Знаете, один раз на тренировке кое-кто не пристегнулся и влетел башкой в шлеме прямо в корпус. И разбил иллюминатор.

– Это ведь был ты?

– Нет! Так вот. Аппарат был на автопилоте, но его вдруг переклинило, и преподавателю взял управление на себя. Ненадолго, минуты на три, потом автопилот очнулся.

– Плохая идея, Орис. – возразил робот. – Тот карфлайт был, как я понимаю, не гражданский. Как поведёт себя эта тварь, угадать невозможно. А если он просто встанет и не двинется с места? Или вызовет полицию?

Да, дела.

– Ладно, – робот откинулся в кресле и потёр лицо руками, – Ладно. Значит, план Б.

– Какой план?

– Тот, что подразумевает расслабиться и прийти вторыми.

– Но…

– Махнуть рукой на все, что не можем изменить. Положиться на волю судьбы. Успокоиться и плыть по течению, – не отрываясь от горизонта, в ритме аутотренинга чеканил синтетик. – Ну, или в нашем случае – наблюдать за ним со стороны.

Орис видел, что дело дрянь, но не мог поверить в то, что несет андроид. Да тот и сам не мог. При таком раскладе не труп соперника проплывет мимо, а вполне себе живой Бензер промчится с победным кличем.

– Да Вы шутите! Мы что, просто сдадимся?

Эйден повернулся к юноше. Черной перепонки слева не было, и в серебристом отверстии сверкали голубые огоньки.