Оба возбужденно заговорили разом, громко и путано обвиняя один другого, тут же выдвигая контробвинения по поводу какого-то не давшего результата дела. К'баот слушал молча, вероятно, без труда следя за этим вихрем аргументов и контраргументов. Люк ждал, стоя рядом с ним и недоумевая, каким образом он собирается распутывать весь этот клубок. Насколько сам Люк мог понять, у обоих спорщиков были одинаково веские аргументы.

Наконец и тот и другой исчерпали запас слов.

— Очень хорошо, — сказал К'баот. — Решение К'баота таково: Свэн выплатит Тарму всю оговоренную плату. — Он кивнул по очереди одному и другому. — Решение должно быть проведено в жизнь немедленно.

Люк с удивлением взглянул на К'баота.

— И это все? — спросил он. К'баот ответил ему острым, как стальной клинок, взглядом.

— У тебя есть что сказать?

Люк оглянулся на двух селян, остро сознавая, что оспаривание этой расправы в их присутствии может подорвать авторитет К'баота, какими бы методами он ни утверждал его здесь.

— Я просто подумал, что решение могло бы быть более компромиссным.

— Никаких компромиссов, — твердо сказал К'баот. — Свэн виноват, и он заплатит.

— Да, но…

Люк уловил вспышку чувств на полсекунды раньше, чем Свэн бросился за метательным диском. Одним плавным движением он выхватил Меч и зажег оружие. Но К'баот оказался быстрее. Зелено-белый клинок Люка еще только потрескивал, когда К'баот поднял руку: из кончиков его пальцев вырвался шипящий поток столь памятных разрядов голубого света.

Свэн, получив удар в голову и грудь, отпрянул, взвыл и судорожно задергался от боли. После второго удара К'баота он шлепнулся на пол и завопил снова. Диск вырвался из его руки, на мгновение озарившись короной голубых разрядов.

К'баот опустил руку и долгую секунду единственными раздававшимися в помещении звуками были всхлипывания распростертого на полу мужчины. Люк с ужасом глядел на него, запах озона выворачивал желудок.

— К'баот!..

— Ты должен говорить мне: Мастер, — спокойно оборвал его тот.

Люк сделал глубокий вдох, силясь успокоиться и справиться со своим голосом. Погасив Меч, он прицепил рукоять к поясу и опустился на колени возле стонущего мужчины. Его травма все еще давала о себе знать, но, если не принимать во внимание болезненные ожоги на груди и руках, серьезных повреждений у него не было. Осторожно положив руку на самое обожженное место, Люк призвал на помощь Силу, стараясь по возможности облегчить страдания раненого.

— Джедай Скайвокер, — заговорил К'баот у него за спиной, — он не станет инвалидом. Мы уходим отсюда.

Люк не шелохнулся.

— Ему больно.

— Так и должно быть, — сказал К'баот. — Ему требовался урок, а боль — это такой учитель, которого невозможно игнорировать. А теперь пойдем.

Одно мгновение Люк хотел было не подчиниться. Лицо Свэна и его чувства терзались болью…

— Или ты предпочел бы, чтобы Тарм лежал здесь сейчас мертвым? — добавил К'баот.

Люк взглянул на метательный диск, лежавший на полу, затем на Тарма, стоявшего в неловкой позе, с вытаращенными глазами и лицом цвета грязного снега.

— Были и другие способы прекратить ссору, — сказал Люк, поднимаясь на ноги.

— Но ни один из них не запомнился бы ему надолго. — К'баот встретился с Люком взглядами. — И ты запомни это, Джедай Скайвокер, запомни хорошенько. Потому что если ты позволяешь забывать преподанные тобой уроки справедливости, то будешь вынужден повторять их снова и снова.