— Отлично-отлично! — обрадовался коротышка. Даже подпрыгнул немного на месте. — Вам понравится! Никакой враг не подберётся.

— Так уж и никакой?

Бурундуков воздел пухлые ладошки, словно сдаваясь.

— Ладно, поймали! Каюсь, грешен — преувеличил. Конечно, на каждый хитрый болт… или наоборот. В общем, при желании что угодно раздолбать можно, но машина хорошая. Надёжная. Да вы и сами скоро увидите. За мной, дорогой мой товарищ!

И он устремился по коридору, нисколько не сомневаясь, что я последую за ним. Бурундуков не был похож на вражеского агента. Если честно, то вообще ни на какого агента он не смахивал. Коротышка казался в этих стенах просто парадоксом. Если я и представлял себе сотрудников спецслужб, то совсем не так. Да и те, которых я видел, были, в основном, громилами. Трудно было поверить, что этот колобок приставлен ко мне, пусть даже и водителем. Про его манеру речи вообще молчу. Он словно собирал её из самых разных стилей, не отдавая предпочтения ни одному. Советские обращения в его исполнении звучали, как издёвка. Хотя сам он едва ли это осознавал.

Догнав его в коридоре, я зашагал рядом. Бурундуков наградил меня лучезарной улыбкой.

— Знаю, что вы думаете, дорогой товарищ, — заявил он, не сбавляя темпа, что при его комплекции казалось удивительным. — Как такой увалень может быть в КГБ, да? Признавайтесь, начальник, закралась вам в головушку такая мысль?

Я невольно усмехнулся.

— Угадали.

Бурундуков понимающе кивнул.

— За честность — спасибки. Привыкший я. Вы на внешность не глядите. Некоторым мускулы без надобности. Меня ведь к вам не телохранителем поставили. А водила я классный. С опытом и стажем. Плюс порталы открывать умею. Иногда избежать драки важнее, чем победить в ней. Так что будем с вами рассекать по городам и весям с ветерком, — и он снова обезоруживающе подмигнул.

— Что ж, рад слышать, — ответил я. — В любом случае, Виктору Викторовичу виднее.

Бурундуков быстро закивал — как игрушка, которую устанавливают на приборной доске автомобиля.

— Вот-вот, не нашенское это дело, — сказал он. — Начальство знает, кого куда определить.

В этот момент мы остановились перед лифтом, и коротышка ткнул пальцем в кнопку вызова.

— Про вас тоже будут говорить, что не по годам должность, — заявил он доверительно. — А вы внимания не обращайте. Главное ведь как себя покажешь. Тогда и злые языки прикусятся. Верно я говорю, товарищ Громов?

— Думаю, да.

Двери лифта раздвинулись, и мы ступили в кабину. Бурундуков нетерпеливо застучал по кнопке подземной парковки, обозначенной как нулевой этаж.

— Я раньше сам на оперативной работе был, — поделился он, когда двери закрылись, и лифт двинулся вниз. — В поле трудился, на земле. Награды имею даже. Только после ранения пришлось прыть поубавить. Вот и раздался малость, — он с улыбкой постучал себя по округлым бокам. — Так что мне вашим водилой быть очень даже кстати. Подрастрясу жирок. А то в кабинете уже никакой мочи сидеть нет. Я уж просил-просил меня куда-нибудь пристроить, чтоб моцион был, да никак не отвечали на мольбы мои. И вот — вы. Подарок судьбы прямо.

— Ну, машину водить — так себе упражнение, — заметил я с улыбкой. — Да и приключения особые в ближайшем будущем не ожидаются.

— А они никогда не ожидаются, — вдруг серьёзно ответил Бурундуков. — А потом — раз! И вот ты уже с простреленным коленом. Или ещё чем-нибудь малоприятным. Приехали, кстати!

Двери, и правда, открылись, и мы вышли в подземный паркинг, забитый машинами.