— Очень правильные вопросы задаёте, товарищ, — одобрительно кивнул Тихонов. — И, должен признать, не все ответы у нас в наличии.

— Лучше, чем ничего.

— Тоже верно. Итак, по порядку. Шаманы говорят, что тварь интересовалась… неким артефактом. Но что это за артефакт, говорить отказываются. Автор воспоминаний в бой вступил и даже ухитрился ранить это существо, но затем… оно сбежало.

Понятное дело.

Когда эмиссары сталкиваются с более сильным противником, то не геройствуют. Просто они знают, что им нужно развиться в особь иного порядка. А уж потом, через несколько недель или месяцев, можно порвать обидчика.

— Почему к нам не обратились? — переспросил я.

— Я так понял, рассчитывали справиться своими силами, — предположил Тихонов. — Здесь, если ты не в курсе, шаманы на особом счету. Вроде привилегированной касты, хотя это и идёт вразрез с социалистическими идеалами. В их дела не вмешиваются, к их советам прислушиваются. И да, большинство шаманов живёт за пределами крупных городов.

— Вы хотите сказать, что они полностью неуправляемы?

— Я хочу сказать, что в этом мире менторы со значками толпами по улицам не разгуливают. Большинство гратхов не наделено сверхспособностями. Подавляющее большинство. То есть, шаманы — это даже не один процент населения. Скорее, тысячная доля процента. Но они сильны, и их ценят.

— Они сумели захватить власть? — прямо спросил я.

— Нет, — покачал головой Тихонов. — Но только потому, что мы поддерживаем действующее правительство.

— В нём есть гратхи-псионики?

— Да. Лояльные по отношению к нам. А таких среди шаманов единицы.

Как всё сложно.

— С чего мне начать поиски?

— Я дам тебе адрес гратха, готового поделиться сведениями, — сказал Тихонов. — А ещё ты узнаешь, где произошло столкновение.

— Мне нужно знать, что эмиссары забыли в ССПГ, — перебил я.

Тихонов хмыкнул:

— Поверь, не тебе одному это интересно.

Из посольства я уезжал со смешанными чувствами. Толком ничего не узнал, местные неохотно идут на сотрудничество, шаманы эти…

Хреновый расклад.

Тихонов напоследок сообщил, что мне отправят посылку с оружием, но раньше завтрашнего утра её не соберут. А пока мне советуют окунуться в жизнь города. Адаптироваться, иными словами. Я поинтересовался, что насчёт связи, и ответ меня почти не удивил. Аналогов ОГАСа нет. Телефоны проводные и кнопочные, о смартфонах и браслетах забываем.

Остаток дня я посвятил прогулкам, созерцанию и знакомству с местной культурой.

Дома включил телек, весьма примитивный, и стал просматривать столичные каналы, заодно совершенствуя языковые навыки. Выяснилось, что у наших братьев по разуму не так уж много телеканалов — целых два. По одному крутили новости и репортажи «с полей», по другому можно было посмотреть орочьи шедевры кинематографа. Я сразу понял, что лучше буду наблюдать за трудом механизаторов, чем выносить вот это вот всё. Уровень съёмок у гратхов — это даже не Болливуд. Возникло стойкое ощущение, что искусство привозное, чуждое местной культуре. Не, ребята стараются, конечно…

Новости чем-то напоминали советские, но хватало и специфического местного колорита. Так, меня особо позабавили заседания местного аналога ЦК КПСС. Гратхи на этих сборищах творили непонятную дичь. Иногда, во время обсуждения какого-нибудь закона чуть ли до поножовщины не доходило.