- Ну, мало ли...

     - Чего надо, прямо говори.

     - Мартыну весточку послать.

     - Так бы сразу и сказал. Пошлю.

     - Только тихо надо, за ним, наверно, сейчас догляд большой.

     - Не учи! Ежели от него что будет, куда тебе?

     Виктор задумался. Даже при большом желании он не смог  бы  на  словах

объяснить, как добраться до кунцевских лесов. И  сам  больше  надеялся  на

везение, чем на память.

     - На той стороне пусть к палке тряпицу привяжут да  воткнут  в  дупло

какое, к воде поближе. Значит, весть пришла. Сам приду или пришлю кого.

     - Где лодку возьмешь? - спросил Дьякон, хмыкнув. - Ты лучше  костерок

небольшой разведи да в сторонку подайся. Как  заметят  мои,  так  лодку  и

вышлю. А ежели гарнизонные заметят, уходи, а на следующий  день  в  то  же

время обратно, только уж без костра. Ну, с Богом!

     Он перекрестил Виктора, сделал вид, что не заметил Ксению, и исчез за

дверью.

     Виктор молча смотрел ему вслед.

     - Какой он суровый, - сказала Ксения и тронула за рукав. - Нам пора.

     - Пора, - эхом отозвался он.

                                    3

     Переправились быстро. Глядя, как шипит и пенится  вода  под  широкими

лопастями  тяжелых  весел,  которые  с  трудом  ворочали  молодые  крепкие

послушники, Виктору на миг  показалось,  что  сейчас  заговорит  о  чем-то

непонятном Месроп, засмеются незнакомые девушки из Бастиона, а  потом  они

пойдут тесными тропами, забираясь все выше и выше, к черному зданию...

     Сведя коней на берег, послушники развязали  им  глаза,  вернулись  на

плот  и  отчалили.  Виктор  заметил,  с  каким  опасливым  интересом   они

напоследок посмотрели на Ксению.

     Виктор дождался, пока плот не дошел обратно до середины реки, а потом

вскочил на коня. И Ксения легко взлетела в седло.

     - Веди меня, мой принц! - весело сказала  она.  -  Куда  поворачивать

коней?

     Виктор улыбнулся, поднял указательный палец и, покрутив им в воздухе,

указал налево. Потом озабоченно глянул на солнце. Оно стояло высоко.  Надо

поторапливаться. И он пришпорил коня.

     Дороги хорошей в нужную сторону не было. Плохой тоже. Они пробирались

опушкой невысокого молодого леса. Долго шли по насыпи, заросшей  травой  и

густым кустарником. Виктор смутно помнил, что когда-то по насыпи  тянулись

рельсы. Потом стали попадаться  длинные  проплешины,  заросшие  травой,  -

давным-давно здесь проходил широкий проспект. Виктор вглядывался в  руины,

в их очертания. Когда высокое серое здание с осыпавшейся плиткой и темными

провалами окон, своим остроконечным шпилем  чем-то  напоминавшее  Бастион,

осталось за спиной, он  стал  потихоньку  припоминать.  Миновав  невысокое

круглое сооружение, все облепленное плющом, вспомнил направление, которого

надо было держаться, чтобы пройти между большими завалами старых домов.