поймал его взгляд: ирония или просто насмешка блеснула в глазах.

     - А  вот  какой  идее!  -  возвысил  голос  Мартын.  -  Сомкнуться  с

регулярами, подключить дружины  Балашова,  Аткарска.  Затем  спуститься  к

Камышину, они что-то давно  молчат.  Я  готов  лично  пройти  за  Волгу  и

посмотреть, что за дела в Ершове. Объединенными  силами  прочесать  все  в

пределах досягаемости,  комнату  за  комнатой,  дом  за  домом,  город  за

городом, все леса, фермы, выбить из нор всю мерзь и пусть  самоуправление,

наконец, заработает нормально.

     - Отлично. А потом?

     - Потом? Потом... - Мартын оглянулся на Месропа.

     - Ага, - сказал  Сармат,  -  на  этом  кончается  тактика.  Послушаем

стратегическую разработку.

     - Не такая уж и стратегическая, - улыбнулся  в  бороду  Месроп.  -  Я

согласен с Мартыном: чем дольше  топчемся  на  этом  пятачке,  тем  меньше

шансов навести порядок даже на нем. Тесно, нет пространства  для  маневра,

превращаемся в унылую жандармерию. Идея Мартына дает выход на  оперативный

простор. Люди  ждут  от  нас  решительных  мер,  от  фермеров  опять  была

делегация, в лесах снова появились негодяи, сожгли и разграбили  несколько

ферм. У милиции руки не доходят, а в дружине людей не хватает,  да  и  нет

четкой структуры. Ребята у нас один к одному, но все равно вольница,  куда

нам до регуляров...

     - Понял, - восхитился Сармат, - вы  предлагаете  создать  армию.  Ну,

генералы-полковники, отцы-командиры!..

     - Смеяться  будешь,  когда  лупилы  сговорятся  с  бандами,  а  те  с

лесовиками, и возьмут город. Какая армия в наши времена, когда каждый  сам

по себе! До армии нам еще знаешь сколько размножаться?! Да и не прокормить

армию. Зачем нам армия, когда есть дружина. Кстати, ты знаешь, как тебя за

глаза называют дружинники? Виктор, скажи ему.

     - Князь, - сказал Виктор, - Князем его зовут...

     Он увидел взгляд Сармата и осекся. Тяжелый мрачный взгляд,  темный  в

отчаянной безнадежности. Но на миг, не больше, полыхнула в нем и гордость.

     Действительно, молодые  дружинники  между  собой  звали  его  Князем,

сначала с добродушной усмешкой, а потом привыкли,  кличка  прижилась  и  у

дружинников постарше.

     - Магия старых имен еще жива, - вкрадчиво  сказал  Месроп.  -  Смешно

сказать, но народная дружина - это обыденно, а  княжеская  -  звучит,  а?!

Что-то просыпается далекое, забытое, но очень  романтичное  и  красивое  -

князь на белом коне, в сияющих доспехах, за ним ратники, мечи  сверкают...

Жаль, что твой меч пропал.

     - Жаль, - вздохнул Сармат.

     - Нечего, теперь ты сам будешь мечом!

     Мартын с довольным видом  поглаживал  усы,  Сармат  опустил  веки,  а

Виктор смотрел на них и знал - от того, чем закончится  разговор,  зависит

его судьба.