– Да чего ты…

– Молчи, сказала! Господи, да за что же мне такое наказанье-то, а? Куда пошел, стой тут, я сказала!

– Когда последний раз выпивал?

– Два дня назад. Он в отпуске был и весь отпуск куролесил непросыхаючи. Ему бы послезавтра на работу надо, вот он и выхаживался, не пил. Эх, ну ты <самка собаки> Славик! Все, считай, что без работы остался. Он же водителем работает, сами понимаете, если на учет поставят, то все, <звиздец>! Раньше-то он анонимно лечился, а в этот раз денег ни копейки нет. Иди сюда, не уходи, срань такая!

– Все ясно. Ну что ж, соберите ему все: переодевашку, тапки…

– Да уж все собрала, первый раз что ли?

– Ну что ж, тогда садитесь в машину.

– О-е-ей, как мне все это надоело! В общем так, Славик, если после больницы опять за свое возьмешься, живи один, как хочешь. Надоело мне тебя каждый раз из дерьма вытаскивать. Я тебе не нянька, в конце концов!

И свезли мы Славика с алкогольным делирием в отделение острых психозов.

Следующим вызовом было кишечное кровотечение у мужчины сорока двух лет.

Супруга больного взволнованно рассказала:

– Ой, у него прямо кровь течет, мы даже и не знаем от чего.

Больной лежал на диване, повернувшись на бок. На бледном лице – страдальческое выражение.

– Здравствуйте, что беспокоит?

– Да кровь потекла ни с того ни с сего. Пошел в туалет, стал тужиться, и кааак потекло! Я-то думал, что понос, а на бумаге кровища!

– Сейчас посмотрим. На ректальное исследование согласны?

– А это что?

– Обследование пальцем прямой кишки.

– Ну раз надо, конечно делайте.

Нащупал я мягкое удлиненное образование, похожее на геморроидальный узел.

– У вас это впервые?

– Нет, раньше кровь появлялась по чуть-чуть, но уж так-то не текла.

– За помощью обращались?

– Нет.

– Какие-то лекарства принимали?

– От этого нет.

– Ну а вообще какие?

– Да мне жена <Название нестероидного противовоспалительного средства на букву «К»> колола, я тут позвоночник сильно сорвал.

– То есть, вы физически работали?

– Да, на стройке.

– Все понятно, давайте собирайтесь, и в больницу поедем.

Оказали мы ему всю положенную помощь и в областную свезли.

Водитель наш, из чувства такта, дождавшись, когда я все отпишу, спросил:

– Иваныч, а мы обедать-то будем ли сегодня?

– Ой, е мое, Володь, вообще из башки вылетело. И Надежда, засранка этакая, про обед даже и не вспоминает!

Все, приехали наконец-то на Центр. А бригад-то там раз два и обчелся. Ну ладно, сколько пробудем и то хорошо. Пообедали не спеша, чайку попили, хотели прилечь, а не дали, на вызов направили. Поедем к избитому мужчине тридцати двух лет.

Подъехали к старому деревянному двухэтажному бараку на окраине города. По скрипучей лестнице с шаткими перилами поднялись на второй этаж. Дверь не заперта, слышатся разгоряченные мужские голоса. Вошли неспешно, огляделись. К нам навстречу вышли два джентльмена, буквально пропитанных уголовщиной.

– Идите быстрей, а то он кончится сейчас.

Избитый с распухшим, посиневшим и окровавленным лицом лежал на кровати и часто, поверхностно дышал.

– Что случилось, уважаемый?

– Да ничего, с лестницы упал.

– Ну-ну. Давай-ка, подними рубашку! Ладно, я сам.

Вот это номер! На животе, слева внизу имелась колото-резаная рана. Вот это номер, бляха муха!

– Это что же получается, ты упал на лестницу, а из нее нож торчал что ли? – спросил я пострадавшего.