Обстановка начала накаляться и, разумеется, это было не в наших интересах.

– Так, все, в машину! – скомандовал я, и мои парни, взяв под руки пострадавшую, быстренько ее увели. Уехав из поля зрения дам, мы остановились для осмотра и беседы.

Выделений из носа и слуховых проходов не было. А вот с глазами была бяка: горизонтальный нистагм я углядел, то есть неконтролируемые движения глазных яблок. Это не самостоятельное заболевание, а симптом, в данном случае, закрытой черепно-мозговой травмы. Увезли мы болезную в стационар, где ее благополучно приняли.

Так, хватит уже кататься, обедать пора. Все, разрешили. Заметил я, что в последнее время на обед нас поздновато отпускать стали, ближе к вечеру, если точнее.

На Центре снежное безобразие было полностью устранено. Кроме нас, были там еще четыре бригады. Ну что ж, неплохо, хотя если вызов нам дадут профильный, то понятно, что никакой очередности не будет.

Да, все получилось, как я и предполагал: сразу после обеда дали наш профильный вызов. Поедем на психоз к женщине двадцати шести лет.

Открыла нам полная женщина со скорбным лицом:

– Здравствуйте, я ее мать. Опять у нее все по новой началось, еще хуже, чем было. Ведь только выписалась семнадцатого февраля. Потом и таблетки пить перестала и на уколы не ходила. Вот и результат. Муж ее бросил с ребенком. Не верит, что она болеет, говорит, что просто дурака валяет. Вот теперь и она, и Ванюшка на мне. Вчера я его к сестре увезла, чтоб не видел ничего, что с матерью творится. Ой, опять вразнос пошла…

– И что ей ставят?

– Шизоаффективное расстройство.

– Давно болеет?

– Да уж второй год. И с чего к ней эта зараза психическая привязалась? Ведь девчонка-то хорошая, умная, образованная, в городской администрации работала, ведь туда кого попало не возьмут. И вот все прахом пошло, ни работы, ни денег…

– Ладно, сейчас посмотрим.

Невысокая, симпатичная, с короткими светло-русыми волосами, в распахнутом легком халате на абсолютно голом теле, она встретила нас радостно:

– Здрааасьте! А вы зачем приехали? Колдовать надо мной?

– Нет, Даша, не колдовать. Приехали узнать, как ваши дела и что вас беспокоит.

– Ничего меня не беспокоит. А ведь правда я Барби, да? – кокетливо спросила она, поправив волосы. – У меня сейчас очень много чужих мыслей в голове, но все-таки жизнь прекрасна! Вы представляете, я мужа своего нашла по алфавиту! Он у меня Русалочка. Но сестра моя <самка собаки> конченная, ее любовник меня каждый день на «Ладе» выслеживает по всему городу! Мне не нужна грудь седьмого размера! У меня всегда за все заплачено!

– Даша, вы сейчас не работаете?

– Ну у меня есть свое ювелирное производство, я полностью обеспечена. Я сейчас замужем за виртуальным мужем и должна от него рожать. Рожать и не отвлекаться, хахаха! Я с великими людьми общаюсь и у меня связи большие!

В процессе беседы у Дарьи был ярко заметна галлюцинаторная мимика. К чему-то она все время прислушивалась и приглядывалась. А потому, спросил я ее напрямую:

– Даша, а к чему вы прислушиваетесь? Что вы слышите?

– Ха, я слышу соседей! Они всегда мне в уши орут! И представляете, вампиры восемнадцатилетние мелькают туда-сюда! Две груди в паре знаете, как несимметричны и мне вообще плевать! Я рожать буду всегда, каждый месяц!

У Дарьи можно уверенно предположить шизоаффективный психоз, означающий, что в ней бушевали два процесса: шизофренический и аффективный. Первый проявлялся галлюцинаторно-бредовым содержимым и нарушениями мышления в виде его разорванности и ощущением чужих мыслей в голове. А последний – болезненно повышенным настроением, то есть маниакальным эпизодом.