Я взял шоколадный коктейль — пока что люди не нашли и не изобрели ничего лучше шоколада — и направился к окраинам города. За куполом виднелись легкие облака и дрейфующие «ковры». На горизонте сверкала голубая вода, под поверхностью которой изредка скользила какая-то огромная тень. Кракены, гидры и левиафаны были не единственными крупными хищниками на планете и даже не самыми большими. Мы продолжали находить все новых чудовищ, и часто не самым приятным для нас образом. Пока что люди не предпринимали каких-то скоординированных усилий по каталогизации морской фауны — возможно, из-за того, что это дело было довольно опасным.

— Ну что, как тебе жизнь на пенсии?

Я повернулся и увидел ухмыляющегося Кела.

— Хм… Я почти уверен, что отключил отображение своих координат. Как ты меня нашел?

Кел закатил глаза.

— Брось, Марк, ты же у нас знаменитость. За последние пятнадцать минут в соцсетях появилось три поста с твоими фотками. Если ты хочешь добиться анонимности, тебе нужно модифицировать свою физиономию.

Я кивнул и повернулся к стене купола.

— Или совсем исчезнуть.

— Марк, что происходит? — Кел нахмурился и подошел поближе ко мне.

— Ой. Прости, я не хотел устраивать драму на ровном месте. — Я улыбнулся Келу и махнул рукой, показывая на вид за куполом. — Просто думаю о новой карьере. В области океанографии.

Кел удивленно посмотрел на меня.

— По-моему, эта планета — самое подходящее место. Видел ролики Гарфилда с андроидом-птерозавром? Боб-1 уже совсем не похож на человека. Зачем вообще оставаться двуногим существом?

Кел посмотрел на океан под нами.

— То есть…

— Интересно, хорошо ли будет жить на этой планете андроиду-дельфину?

40. Восстановление

Боб. Январь 2225 г. Дельта Эридана

Я потянулся, затем отвел в сторону полу палатки и выглянул наружу. Ух ты. В такую погоду надо сидеть дома. Капли дождя — в тяжелой атмосфере планеты они были размером с мраморный шарик — летели скорее горизонтально, чем вертикально.

К счастью, в этой части Эдема подобные тропические бури были редки. Интересно, как дельтанцы справлялись с ними до того, как я познакомил их с палатками? Скорее всего, просто прятались под шкурами. Я вспомнил бурю, в которую они попали, когда покинули старую деревню. Она была не такой сильной, как эта, но все равно заставила меня вспомнить о палатках.

Я обвел взглядом деревню, но никого не увидел, и неудивительно. Позади меня кто-то зашевелился.

— Может, закроешь уже вход? Холоду напустишь.

Заворчав, я отпустил край. Белинда очень любила тепло.

Я вернулся на свое место и лег, подложив руки под голову. Архимед уже проснулся и принялся крутить в руках кусок кремня — наконечник копья Фреда.

— У меня есть одна мысль насчет уроков по работе с кремнями. — Архимед бросил взгляд в мою сторону и взмахнул наконечником, словно волшебной палочкой. — Если это остановит нападения, то попробовать стоит.

— Конечно, Архимед. Я в любом случае тебя поддержу.

— Отлично. Сначала придется сделать где-то полдесятка наконечников и ножей. Надеюсь, буря скоро пройдет, ведь в палатке мне Белинда работать не разрешает.

— Мои кости говорят, что к полудню тучи рассеются. — Я весело изогнул уши, и Архимед повторил мой жест.

У меня уже сложилась репутация точного предсказателя; я утверждал, что перемены в погоде заставляют мои кости ныть.