А вокруг них, в тенях, кружила стая.

«Инфернальные Гончие-Зомби 13 ур. (F-ранг)»

Твари размером с крупного волка, но сбитые из сухих, жилистых мышц и почерневших, острых, как бритва, костей. Их кожа местами облезла, обнажая пульсирующие тусклым, багровым светом инфернальные вены. Глаза горели двумя точками чистого, неутолимого голода, а из клыкастых пастей на каменный пол капала черная, едкая слюна, которая шипела и дымилась при соприкосновении с поверхностью.

Они двигались невероятно быстро, слаженно, как настоящая волчья стая, постоянно обходя с флангов, делая ложные выпады, чтобы вымотать жертву, и атакуя самого слабого.

Лидер группы, парень в помятом нагруднике, отчаянно махал мечом, но гончие с издевательской легкостью уворачивались от его неуклюжих выпадов. Девушка-маг в их группе пыталась кастовать огненные шары, но они были слишком медленными и предсказуемыми, и твари просто отпрыгивали в сторону за мгновение до удара. Еще двое пытались прикрывать их тылы, но их щиты уже покрылись сетью глубоких царапин и вот-вот должны были развалиться под градом ударов когтистых лап.

Одна из гончих, самая крупная, задрала голову и издала протяжный, леденящий душу вой. Он ударил словно по нервам. На четверых игроков мгновенно наложился системный дебафф Панический Страх, и их движения стали еще более скованными и неуверенными.

«Пф-ф, нубы, — раздался в голове Леры циничный голос Митяя. — Зашли в хай-левел локу без нормального танка и контроля. Сами виноваты. Пошли отсюда, Лера, это не наша проблема. Естественный отбор в действии».

«Они уже не продержатся и минуты, — согласилась Каната, в ее голосе слышалось лишь холодное презрение. — Жалкое зрелище».

Бастиан молчал, но Лера чувствовала его внутреннее напряжение. Видимо потому что он был воином до мозга костей, и возможно не любил смотреть на бойню, даже если это была бойня слабаков.

Лера смотрела на этих четверых, на их отчаяние и страх. Она вспомнила себя, как она, потеряв свой отряд, осталась одна против бандитов. Если бы не брат, если бы не его неожиданное появление, ее история могла бы закончиться так же — в грязи, под улюлюканье победителей.

«Давайте свалим уже отсюда», — повторил Митяй, в его голосе уже слышалось нетерпение. — «Это пустая трата времени и, возможно, наших зелий, которых и так почти не осталось».

Лера повернулась к нему. Ее взгляд был тверд, как алмаз.

«Нет. Мы поможем».

«Чего⁈ — буквально взорвался Митяй. — Зачем⁈ Какой в этом профит? За них даже очков не дадут! Это нерационально!».

«Профит в том, что мы не будем стоять в стороне и смотреть, как людей жрут заживо, если можем это предотвратить, — отрезала она, и в ее голосе прозвучали нотки, которые заставили даже Митяя заткнуться. — Макс бы помог».

Последний аргумент был как удар молота и неоспорим. Митяй мог сколько угодно спорить с ее логикой, но логика Макса для него была законом. Он замолчал, недовольно засопев.

«Это мой приказ, — добавила Лера, уже не оставляя места для дискуссий. Ее голос звенел сталью. — Каната, заморозь проход, отрежь тварям путь к отступлению. Бастиан, на тебе центральная группа. Митяй, левый фланг. Я беру правый. Ликвидировать всех. И быстро!».

Команда, хоть и без особого энтузиазма со стороны Митяя, подчинилась. Они видели ее решимость, она больше не была сомневающейся девочкой, прячущейся за спиной брата. Теперь она была их капитаном.

Появление команды Леры для гончих и для загнанных в угол игроков стало полной неожиданностью. Это было словно явление стихийного бедствия.

Каната, не сходя с места, лениво взмахнула посохом. Воздух за спинами атакующих гончих затрещал, и из земли мгновенно выросла толстая, полупрозрачная стена изо льда, отрезая стае путь к отступлению.