— Как же ты узнала ее на портрете, если лицо было скрыто? — вмешался сыщик. — Ведь фотографии Астраловой нигде не публиковались. Это сделано намеренно — мол, она неземное существо, прилетела к нам из иных миров, так что такая банальная вещь, как фото, неуместна.

— А я старалась честно выполнить Яшино задание. Мои знакомые журналисты потом говорили, что обычно интервью с Астраловой занимает от силы полчаса: оттарабанил вопросы, она в ответ — свою ахинею, и до свидания. Потом журналист приносит материал Яше, тот правит, а когда интервью выйдет, платит гонорар. А я по Яшкиной просьбе пыталась найти хоть что-то к ее образу, потому проторчала у нее целых два часа. Сижу, а меня смех разбирает, никак не могу сосредоточиться. И впрямь смешно — Астралова тетенька уже в годах, а играет в дурацкие игры. Ведь все просто и цинично: я задаю подготовленные литагентом вопросы, стряпаю положенную липу и за эго получаю деньги. К чему ломать комедию перед журналистом, которого Яша уже заранее проинструктировал?! Наш брат ведь не дурак — раз интервью оплачено, значит, ни слова плохого, только дифирамбы. В своем-то кругу мы над ней хихикали, но сор из избы не выносили — ее ведь частенько интервьюировали, а кому охота лишаться денежной работы?! Ну, я изо всех сил стараюсь ей подыгрывать, а сама аж давлюсь от смеха, и ничего путного в голову не приходит. Про мистику и чертовщину поговорили, про потусторонние миры тоже, про инопланетян, про привидения, про сверхъестественное. А я сижу и дивлюсь — как же такая невежественная баба романы пишет? Она же просто дубина! Марь Ванна с коммунальной кухни по сравнению с ней просто-таки эрудитка. А потом Астралова устала, к тому же оказалась заядлой курильщицей. Полчаса с другими журналистами она кое-как терпела, а тут целых два часа! Ну и не выдержала. Откинула тряпку с лица и спрашивает обычным голосом, без замогильности: «Милочка, у вас не будет сигареты? А то мои остались в кабинете». Я дала ей пачку, Астралова сразу три подряд выкурила, а я разглядела ее лицо. И поняла, почему она его прячет. Страшна — жуть!

— А на портрете весьма интересная дама, — отметил Виталий, обернувшись и глядя на картину.

— Художник ее очень сильно приукрасил. Здесь у нее другой взгляд, сексуальный, а в жизни — откровенно стервозный. К тому же сейчас ей под сорок, а на портрете — не больше тридцати. Видно, давно написан.

— Погодите-ка… — Алла задумалась, глядя в одну точку и сжав виски пальцами. Потом тряхнула головой и обвела глазами друзей. — Похоже, мозаика сложилась. Люлю, Астралова — это настоящая фамилия или псевдоним?

— Разумеется, псевдоним.

— А ее настоящая фамилия?

— Понятия не имею, — ответила «карманная женщина», пожимая плечами.

— Астралова стала писательницей-затворницей всего пять лет назад, а до этого жила другой жизнью, была замужем — ты упомянула, что муж за все платит. У нее наверняка были родственники, приятельницы, знакомые, множество людей, знающих ее под иной фамилией.

— Это хранится в страшной тайне.

— А можно выяснить ее истинную фамилию?

— Да зачем тебе? Мадам ведь уже на том свете.