– Я чувствую себя получше.

– Попытайтесь встать.

Хэмфрис подошел к креслу и замер в ожидании. Пациент, пошатываясь, поднялся.

– Ух ты, – выдохнул Шарп. – Отпустило. А что там было? В последний раз? Я с кем-то в кафе сидел. Да, точно, с Джиллером.

Хэмфрис подхватил со стола рецептурный бланк.

– Я вам кое-что полезненькое пропишу. Легенькое такое. Ма-ахонькие такие, кругленькие белые таблеточки. Будете принимать по одной каждые несколько часов – и ваша жизнь станет гораздо приятнее, уверяю.

Он быстро нацарапал рецепт и протянул бумажку пациенту:

– Отдохнете, расслабитесь. Опять же, напряжение как рукой снимет.

– Спасибо, – тихо-тихо, почти неслышно выдохнул Шарп. А потом вдруг спросил: – А много я навспоминал, док?

– Прилично, – строго ответил психиатр.

Чем он мог помочь Полу Шарпу? Ничем… Бедняге оставалось жить от силы полгода – а уж потом Джиллер за него возьмется. И ведь жалко, сил нет: Шарп ведь хороший парень, честный, совестливый, трудолюбивый чинуша. Он просто выполняет свой долг – так, как его понимает.

– Так что вы думаете по… моему поводу? – жалко спросил Шарп. – Это… излечимо?

– Я… попытаюсь вам помочь, – ответил Хэмфрис, отводя взгляд. – Но… у этой травмы очень глубокие… корни.

– Да, инцидент же остался далеко в прошлом, проблема застарелая, – скромно пробормотал Шарп.

Он стоял рядом с креслом – казалось, он убавил в росте. Выглядел он покинутым и несчастным – куда девался важный начальник? На его месте дрожал оставшийся наедине с личными страхами индивидуум. Беспомощный и жалкий.

– Я бы… я был бы вам очень признателен. За помощь. Если фобия станет развиваться… кто знает, чем это все может закончиться!

Хэмфрис вдруг спросил:

– А вы не думали над тем, чтобы пойти Джиллеру навстречу?

– Я не могу! – ответил Шарп. – Это будет неправильно. Нельзя идти навстречу частным просьбам. Это мое твердое убеждение.

– Нельзя идти навстречу даже просьбам земляков? Друзей? Соседей, пусть и бывших?

– Я просто делаю свою работу, – пожал плечами Шарп. – И я должен быть объективен, при чем тут мои предпочтения и прошлое…

– Вы… хороший человек, – вдруг ни с того ни с сего сказал Хэмфрис. – Мне очень жаль…

Тут он вовремя спохватился и замолк.

– Жаль? Почему жаль? – Шарп, механически переставляя ноги, уже двигался к двери. – Вы мне уделили очень много времени. А я ведь понимаю – у психоаналитиков график плотный. Но… а когда мне снова прийти? В смысле… мне же нужна еще одна консультация, правда?

– Приходите завтра, – сказал Хэмфрис и повел пациента из кабинета в коридор. – В это же время, если вам удобно.

– Ох, большое спасибо, – с облегчением вздохнул Шарп. – Я вам так признателен, доктор.

А когда его соединили с Агентством по делам граждан с особыми способностями, коротко приказал:

– Соедините меня с кем-нибудь из врачей.

– Здравствуйте, я – Керби, – вскоре послышался в трубке деловой, уверенный голос. – Из отдела медицинских исследований.

Хэмфрис быстро представился и перешел к делу:

– У меня тут есть один пациент, – сказал он. – Похоже, он провидец. Но талант не проявлен, находится в латентной стадии.