– А что, мне нужно снова это пережить? – взвизгнул Шарп. – Вы что, опять меня под эту чертову лампу посадите?

– Этот опыт нуждается в осознании, – строго сказал Хэмфрис. – Но не весь и не сразу. На сегодня, пожалуй, хватит.

Шарп облегченно вздохнул и устало поник в кресле.

– Спасибо, – слабым голосом выговорил он.

Потом ощупал лицо, руки и тихо сказал:

– Подумать только, я столько лет носил это в себе. А оно меня пожирало изнутри…

– Фобия должна ослабеть, – утешил его психоаналитик, – как только вы сумеете справиться с воспоминаниями об этом инциденте. Мы уже многого достигли, теперь мы знаем ваш истинный страх в лицо. Итак, речь идет об избиении, о нападении профессиональных убийц. Видимо, бывших солдат – в послевоенные годы они сбивались в банды. Я помню это время.

Судя по выражению лица, Шарпу полегчало.

– Ну теперь-то понятно, почему я так боюсь упасть. Учитывая, что со мной сделали.

И он, все еще дрожа, попытался встать.

И тут же издал пронзительный жалобный крик.

– Что случилось? – Хэмфрис подскочил и схватил его за руку.

Шарп отпрыгнул, зашатался – и безвольно упал в кресло.

– Что с вами?

На лице Шарпа изобразилась мученическая гримаса:

– Я не могу встать!

– Что?

– Я не могу подняться на ноги.

И он жалобно уставился на аналитика с болезненным ужасом во взгляде.

– Я… я боюсь, что упаду. Доктор, я теперь даже на ногах стоять не могу!

Некоторое время они оба молчали. Потом, уткнувшись глазами в землю, Шарп прошептал:

– Я, собственно, поэтому к вам и пришел. Потому что у вас кабинет на первом этаже. Забраться повыше меня просто не достало…

– Нам придется снова прибегнуть к лампе, – сказал Хэмфрис.

– Я понимаю. Но мне страшно. – Вцепившись в подлокотники кресла, он продолжил: – Но вы делайте все, что нужно. Другого выхода нет, я понимаю. Я все равно выйти из кабинета не сумею. Хэмфрис, оно убьет меня, я умру!

– Нет. Не умрете.

И Хэмфрис снова подкатил к нему лампу.

– Мы вас вылечим. Постарайтесь расслабиться. Старайтесь ни о чем не думать.

Щелкнув выключателем, он тихо добавил:

– В этот раз мы не станем возвращаться к травмирующему событию. Мне нужны воспоминания до и после него – контекст. Более обширный участок вашего прошлого.

– Интересно, да? – сказал один из сопровождавших его исследователей. – Там может оказаться все, что угодно. В буквальном смысле.

– А ведь красиво, правда? – заметил Шарп.

– Видите тот шпиль?

И молодой человек поднял руку в толстой перчатке – полевые исследователи ходили в спецкостюмах с защитными свинцовыми пластинами. Они с товарищами только что вылезли из воронки, в которой сохранялся высокий радиационный фон. Буры аккуратно лежали на земле.

– Это церковь. Была, – сообщил он Шарпу. – Очень даже милая, судя по развалинам. А вон там… – и ткнул в бесформенную кучу обломков, – раньше была мэрия.

– Прямого попадания город избежал? – спросил Шарп.