Я понимала, только знала еще и то, что мне нужно идти. Мы и так потеряли слишком много времени, и жрец мог уйти далеко.

«Бросил нас, завидев змея! — подумала я. — Из-за своёго страха отказался от тех планов, которые строил в отношении меня!», — я прекрасно понимала, что Исхан помогает нам не по доброте душевной. Сердце Малаха...

«Нет, поправила я себя, — не Малаха, а Шаккара. Твоего мужа и господина!» — не зря он просил меня достать ему сердце, как плату за спасение. Только для меня цена оказалась слишком высока. Я потеряла своёго ребёнка, думала, что потеряла мужа, а теперь, получается, связанная клятвой должна была своими руками убить того, ради кого бьётся моё сердце. Ради кого я продолжаю жить!

Уходили быстро, набрав воды столько, сколько могли позволить сделанные из тыкв сосуды. Когда же за спиной остался гостеприимный оазис, Аббас заговорил.

— Я думаю, этот змей, Малах, — начал он, — имеет дар воздействия на людей!

— Что? — я сперва не поняла смысла его фразы.

— Кто знает, не Давлат ли навеял тебе мысли о том, что ты видишь Шаккара? — продолжил воин.

— Это бред! — я посмотрела на своёго спутника. — Ты не можешь так говорить, не зная. Я видела его так близко, как сейчас вижу тебя! — схватила за руку мужчину и сжала пальцы, ощущая тепло его кожи.

— Я трогала его и чувствовала под своёй ладонью его тело и говорила с ним! — добавила я с долей ярости.

Аббас не верил. Не хотел или не мог? Его слова имели смысл, и он имел право рассуждать именно так, но я-то видела своёго мужа, я знала, что это он и никто другой.

— Я вижу, ты попала под чары Малаха, — сказал мужчина. — Подожди. Найдём Исхана и уж я заставлю его говорить. Думаю, этот хитрый человек знает намного больше, чем хочет показать.

— И он не зря убежал, — кивнула, отпуская руку воина.

На какое-то время мы оба успокоились, решив не тратить время на бессмысленные споры, оставшись при своём мнении. Сейчас первой целью было догнать Исхана, а там уже есть шанс, что многое прояснится. Только вот как его искать, если вокруг только горы песка и ни единой возможности разглядеть следы беглеца? Я не знала и доверяла Аббасу, а он вел меня вперёд с какой-то спокойной уверенностью, которую я пока не разделяла. Хотя, что я могла знать о местах, окружавших Хайрат? Ведь я не покидала пределы города, не видела ничего, кроме его садов и шапок домов из дворца. Впрочем, в Роккаре я тоже жила птицей в клетке и мир для меня заключался в женской половине родного дома, пусть и большого. Только теперь я поняла, что вокруг меня слишком много пространства, что есть другие города, где, возможно,

мне хотелось бы побывать.

«Верну Шаккару прежний облик и непременно побываем!» — сказала я себе, шагая вперёд, чувствуя, как осыпаются пески, как воздух приятно холодит кожу.

— Нам стоит спешить, — сказал Аббас, спустя некоторое время, пока мы шли молча. — Кто знает, как далеко он мог уйти налегке.

— У него нет воды! — напомнила я.

— Знаю! — кивнул мой спутник. — А потому надеюсь перехватить жреца у ближайшего оазиса. Он пережил сутки без воды под палящим солнцем. Оно должно было измотать его, так что сейчас наш Исхан плетётся с одной лишь мыслью о воде и отдыхе!

— А далеко до оазиса? — уточнила тихо.

— Если память меня не подводит, два дня пути, от силы три... Но у нас, в отличие от Исхана, есть вода, значит, мы должны спешить.

Промолчала, соглашаясь.

Впереди лежала пустыня, которой, казалось, не было начала и конца.