Король взревел – смятенно и жутко, как подбитый медведь. А потом упал на колени, зашатался из стороны в сторону, глянул в лица своим обвинителям.

– Хёд? – простонал он. – Где ты?

– Я здесь, – тихо отвечал Хёд из‐за спин королевских воинов. Он не двинулся с места, даже не попытался приблизиться к отцу. Он не плакал, но по его лицу разлилось сострадание.

– Лиис… Лиис из Лиока, – прогремел Банрууд. – Ты должна спеть для меня. Спой для меня. Я умираю.

Он с мольбой протянул к ней руку, но, обессилев, свалился набок. Гисла прижала руки к груди, не желая его касаться, не умея его утешить. Времени на пение не было.

Банрууд снова взревел – глубоким, прерывистым, исполненным боли ревом, – пытаясь отогнать неизбежное, а потом его глаза закрылись и тело обмякло на булыжниках мостовой.

Несколько долгих секунд никто из стоявших на площади не смел ни двинуться, ни вздохнуть, ни заговорить.

– Король мертв, – объявил Хёд. – Его сердце… больше… не бьется.

Глаза всех мужчин, всех женщин, всех воинов обратились к Хёду, и Гисла шагнула к нему, отчаянно стремясь оградить его от этих недоверчивых взглядов. Но Хёд не смутился, не двинулся с места. Он подхватил посох и двинулся к телу короля, опустился перед ним на колени, а Гисла встала у него за спиной, охраняя его.

Тень разрыдалась. И Альба тоже. Со всех сторон виднелись бледные, потрясенные, перепачканные кровью, покрытые серой, пепельной пылью лица. Никто не ликовал из‐за смерти короля, не обсуждал, насколько она справедлива.

– Кто ты такой? – спросил Байр. – Ты сражался за нас… но я тебя не знаю. – Он говорил медленно и спокойно, как и всегда, но ни разу не заикнулся.

– Он приспешник Гудруна и шпион короля, – произнес капитан королевской стражи. Он обвинял Хёда, боясь, что его самого ждет та же судьба, что и его короля.

По рядам стражников и представителей кланов пронесся гул одобрения.

– Он плавал с Гудруном и охранял короля, – крикнул кто‐то из бернцев.

– Но сражался за нас, – прибавил Дред.

– Я был с ним на стене, – произнес другой человек. То был лучник, которого Гисла видела благодаря руне.

– Так кто ты такой? – спокойно повторил Байр, не сводя глаз с Хеда.

И Хёд отвечал, ничего не скрывая и не оправдываясь:

– Меня называют слепым Хёдом. Прежде я был учеником Арвина, хранителя пещеры в Лиоке. Я преданный слуга Гислы из Тонлиса, Лиис из Лиока.

Сестры Гислы ахнули, а сама она не смела даже вдохнуть, но Байр просто ждал, пока Хёд договорит.

– Еще я сын Бронвин из Берна… и покойного Банрууда.

По небольшой толпе пронесся недоверчивый свист, но Дред из Долфиса поднял к небу свой меч, словно подтверждая все, что успел сказать Хёд.

– И, наконец, я старший брат Байра из Долфиса, нашего законного короля, – закончил Хёд.

– Байр из Долфиса, наш законный король, – громыхнул Дред, и воины Долфиса вслед за ним воздели свои мечи к небу.

Хёд снял с безвольной шеи Банрууда амулет короля, тот самый, которым Банрууд выжег звезду на ладони Гислы, тот самый, который передавали друг другу правители Сейлока. Чуть пошатываясь, Хёд с торжественным видом приблизился к Байру и надел амулет ему на шею, а потом провел ладонью по его спутанным, пропитавшимся кровью волосам.

– Ты всегда был законным королем, брат.