Гисла дернулась было с места, рванулась к нему, но он замер, словно услышал ее движение, и, подняв руку, жестом велел ей не двигаться.

Пока король двигался, все молчали. Ярлы развернулись к нему, и за их спинами встали люди из кланов – почти все они были в пыли и в крови после сражения. Альба шагнула к Байру, словно заявляя о своей преданности, и тут Гисла заметила, как Тень вытащила из‐за лифа своего платья кинжал. Гисла придвинулась к ней, боясь, что Банрууд сумеет отбить ее удар, опасаясь, что Тень позволит ему себя убить.

– Мы одолели северян. Хвала Одину. Хвала Тору. Хвала отцу Сейлоку, – прогремел король, кивая ярлам, словно и он тоже дрался вместе с ними. Свита Банрууда воздела мечи к безразличному небу и разразилась победными воплями.

– Хвала Долфису. Хвала хранителям. Хвала кланам, – громогласно отвечал Дред, перекрывая крики королевской охраны. А потом плюнул Банрууду на сапоги и утер подбородок.

– Тебе велели уехать, Дред из Долфиса, под угрозой смерти. Тебе и твоему ярлу, – молвил Банрууд.

Говорил он небрежно, будто Дред его совершенно не беспокоил. Не сводя глаз с Байра, он поднял меч, но Байр даже не взглянул в его сторону.

– Ты отрезал себе косу, мальчик из храма. Ты предал своего короля, но стоишь на моей горе, жаждешь заполучить мою дочь и корону.

– Она не твоя дочь, – промолвила Тень, и король мгновенно перевел на нее свой взгляд. – И корона тоже уже не твоя, – прибавила она.

Банрууд побледнел, переводя взгляд с лица Тени на лицо Гислы, словно та могла своим пением унести его прочь, в беспамятство, в забытье.

Не встретив в ее глазах ни капли сочувствия, он отвел взгляд.

– Королем меня сделали хранители, – рявкнул Банрууд и крепче сжал меч.

На мгновение Гисла решила, что он попробует убить Тень. Та высоко подняла подбородок, словно готовая к этому.

– Ты солгал хранителям. Солгал кланам. Солгал своему сыну и моей дочери. Мы отнимем у тебя корону и выберем нового короля, – выпалила Тень.

– Хранителей больше нет, – усмехнулся в ответ король. – А ты рабыня.

– Хранители есть! – выкрикнула Юлия и подошла к Тени. Элейн, Башти и Далис встали у них за спиной. Их лиловые балахоны подтверждали правоту Юлии. – Мастер Айво сделал нас хранительницами. И мы заявляем, что ты больше не король Сейлока.

Взгляд Банрууда метнулся к ярлам, словно он ждал от них поддержки. Айдан из Адьяра взялся за косу, срезал ее одним взмахом ножа и швырнул толстую светлую плеть к ногам Банрууда. Логан из Лиока и Йозеф из Йорана, презрительно кривя губы, сделали то же самое. Один за другим воины отрезали косы и бросали наземь, отрекаясь от короля. Элбор попятился, спотыкаясь, а люди Банрууда в знак поражения побросали мечи. Им не хотелось идти против кланов.

У Банрууда никого не осталось. То, чего он боялся больше всего на свете, наконец совершилось. Его корона перейдет Байру. Призрак, преследовавший его на протяжении долгих лет, не был плодом его больного воображения: безо всякого страха он стоял сейчас перед ним. С отчаянным ревом Банрууд кинулся к Тени, прижал ее к себе вместо щита, а мечом потянулся к Байру.

Но Банрууд не заметил кинжала в руках у Тени. Он притиснул ее к себе и тем самым прижал ее руку, сам вонзил лезвие себе в живот.

Гисла услышала влажное хлюпанье, с которым лезвие вошло в его тело, с которым Тень повернула клинок.

– Кто… ты… такая? – прохрипел Банрууд, выплевывая слова вместе с кровью.

– Я дочери кланов и хранители храма. Я мать Альбы и подруга Дагмара. – На имени Дагмара голос Тени дрогнул, но она тут же продолжила: – Я все те, кому ты причинил зло.