– Ее отправили в монастырь. Ему отрезали яйца, – сказал Коди. – Думаю, тут ясно, кто из них заплатил бо́льшую цену.

– Но это точно был не Абеляр, – сказала Тэрин. – Он получил то, что хотел, – провел остаток жизни в монастыре, не испытывая никаких сексуальных соблазнов.

– Ланч не повредит нам обоим, так что легко можно совместить еду и разговор.

– Да, но… – Тэрин огляделась по сторонам, а в это время мимо них плавно и быстро прошел официант с четырьмя бокалами вина на подносе. – Но в кафе тоже и поесть, и поговорить можно.

– Здесь вкуснее, – заметил Джек и небрежно встряхнул салфетку, хотя на самом деле был немного напряжен.

Профессора часто ходят на ланч со своими студентами, и все же Джек чувствовал угрызения совести оттого, что сидел в этом ресторане с Тэрин. Ведь именно здесь они с Мэгги отмечали свою помолвку сразу после того, как он сделал ей предложение перед танцующими Ренуара.

Официант принес напитки: чай со льдом для Тэрин и бокал пино-нуар для Джека.

Джек отпил глоток и постарался сосредоточиться на настоящем моменте.

– Честно говоря, я подумал, что ресторан более уединенное место, чем кофейня. Дело в том, что я хотел бы вас поблагодарить за то, что вы выступили в мою защиту перед куратором Управления по вопросам равенства и соответствия требованиям университетов.

– Как вы узнали, что это была я?

– Элизабет Сакко сказала, что за меня заступилась студентка из моей группы. Я понял, что это были вы.

– Вообще-то, предполагалось, что у нас был конфиденциальный разговор. – Губы Тэрин слегка дрогнули в улыбке. – А та жалоба в любом случае полный бред. Не могу поверить, что ваши слова на семинаре могли кого-то до такой степени задеть.

– Я тоже.

– О любовной связи между преподавателями и студентами?

– Я говорил о книгах, но не оправдывал такого рода поведения.

– А сами?

– Что сам?

– У вас когда-нибудь был роман со студенткой?

У Джека сердце чуть ли не к самому горлу подпрыгнуло.

– Я женатый человек. И это строго запрещено правилами университета. Кроме того, я в два раза старше всех своих студентов.

– Вы говорите так, будто вы древний старик.

– По сравнению с вами – да.

– Но не настолько, чтобы я не могла с вами встречаться. – Тэрин улыбнулась.

Это замечание отдавало кокетством. Джек сначала насторожился, но потом решил пропустить его мимо ушей и отпил еще глоток вина.

– Забудем о правилах, я просто никогда не пойду на такое, потому что это неправильно.

Тэрин кивнула:

– И это отличает вас от других. Для вас важно, что правильно, а что нет. Для вас важна верность в отношениях. Большинству людей в этом мире плевать на все это. – Она подняла с пола свой пакет из сувенирной лавки музея. – Хотите посмотреть, что я купила?

– Да, конечно. – Джек с радостью ухватился за возможность сменить тему разговора.

Тэрин достала из пакета коробку, в которой оказалась керамическая статуэтка женщины с кинжалом в руке. На основании было выгравировано имя – Медея.

– Вы не стали покупать ничего, что связано с историей Абеляра и Элоизы?

– Нет, потому что моя героиня – это Медея.

– Медея?

Тэрин вслух зачитала описание на коробке:

– В греческой мифологии Медея наказала своего неверного мужа, убив их двоих детей. Оскорбленная и ослепленная ревностью и гневом, она задумывает грядущее преступление.