Вторая подруга Айрин, судя по всему, как раз Кэти, склонила голову в знак согласия и сказала, что наденет платье мятного цвета, а Ширли придет в пудровом. Мэгги едва сдержалась, чтобы не фыркнуть, и поскорее зажала себе нос.

Лиззи не ослабляла натиска:

– Сестренка, ты так чудесно выглядишь в персиковом! Она вам уже его показывала? – И Лиззи взглянула на сестер.

Те синхронно покачали головами.

– Айрин! Ты просто обязана им показать! Моя Айрин самая красивая девушка во всем мире.

Взгляд Айрин смягчился, она улыбнулась Лиззи и чмокнула ее в лоб. Всего за какую-то минуту Лиззи добилась от Айрин того, что ей было нужно.

– Идемте ко мне! – И Айрин, радостно хлопнув в ладоши, направилась в свою комнату.

Подружки поспешили за ней. Лиззи захлопнула дверь и шумно выдохнула, так что челка, закрывавшая ее лоб, подлетела и снова вернулась на место.

– Уф-ф! Я уж было решила, что наша песенка спета. Никуда не уходи! Мне нужно убедиться, что она не передумает. И сними наконец это платье – так, на всякий случай. У меня на двери шкафа висит халат. Он мне велик, так что тебе, я думаю, будет в самый раз. Это на первое время, пока Айрин не уйдет. Тогда мы подберем тебе что-нибудь у нее в гардеробной. – С этими словами Лиззи выбежала из комнаты и плотно закрыла за собой дверь.

Не теряя ни секунды, Мэгги высвободилась из красного платья и со вздохом облегчения бросила его на пол. Она осталась в одних розовых трусиках – больше на ней ничего не было. Каким-то неведомым образом она умудрилась просочиться сквозь слои времени в одном белье и чужом бальном платье! Знать бы только, чего ради. Красные туфли и платье принадлежали Айрин, семнадцатилетней Айрин! Мэгги тряхнула головой, отгоняя пугавшие ее мысли. Нельзя сейчас думать о том, как и почему она здесь оказалась, иначе она просто закроет глаза, свернется калачиком и заревет во все горло.

Она нашла халат Лиззи, надела его, мысленно благодаря девочку, запахнула мягкую хлопковую ткань, завязала пояс. Халат был коротковат, рукава заканчивались чуть ниже локтей. Но он прикрывал ее розовые трусы и обнаженную грудь, и этого пока что было вполне достаточно. Мэгги подумала, что было бы здорово улучить момент и прошмыгнуть в туалет в конце коридора, но решила пока не рисковать. Она надеялась, что Лиззи поскорее расправится с Айрин и ее подругами. Девушка подняла с пола красное бальное платье, хорошенько встряхнула. К счастью, платье по-прежнему выглядело как новое. Пышная юбка из тонкой ткани держала форму, разве что ткань немного помялась. Мэгги повесила платье в набитый до отказа шкаф Лиззи, надеясь, что Айрин его здесь не найдет и не обвинит Лиззи в краже. Она упрятала платье в глубь шкафа. У девочек и правда было вдоволь красивых вещей. Айрин говорила, что папа ее баловал. Судя по всему, о Лиззи он тоже не забывал.

Комната Лиззи выглядела точно так же, как в ее сне, который она видела, пока была в коме. Теперь Мэгги была уверена в том, что это был вовсе не сон. Она и правда побывала здесь – если не телом, то по крайней мере душой. Лиззи ее вспомнила. Мэгги решила не думать о том, что было бы, если бы Лиззи ее не узнала.

Спустя какое-то время в коридоре послышались голоса, и она юркнула за кровать и зажмурилась, словно это помогло бы ей спрятаться. Но голоса стихли вдали, и с лестницы донеслось цоканье каблуков. Мгновение спустя наступила тишина, и Мэгги осторожно поднялась с пола.

Дверь распахнулась, в комнату влетела Лиззи. Ее глаза сверкали от радости.

– Мэгги?

Она в тот же миг заметила Мэгги и сразу пустилась пересказывать все, что произошло, когда она вышла из своей комнаты:

– …Тогда близняшки Расселл пригласили Айрин к себе с ночевкой, а завтра они все вместе будут готовиться у них к выпускному балу.