Необычное открытие Годдарда – примерно 80% итальянцев, венгров, русских и евреев оказались умственно отсталыми – было без тени сомнения воспринято как факт довольно широким кругом интеллектуалов и законодателей, и в 1924 году конгресс США принял специальный акт, значительно сокращавший въезд выходцев из восточно– и южно-европейских стран. Акт обрел силу закона после подписания президентом Калвином Кулиджем, заявившим: «Америка должна оставаться американской. Самой биологией доказано, что смешение с другими представителями ведет нордическую расу к вырождению».

Ноги у колосса были из глины.

У Годдарда нашлось немало сторонников. В одной из сносок я обнаружил ссылку на статью другого гиганта – Льюиса Термана из Стэнфордского университета, разработчика специальной методики тестирования детей, которая помогала выявить причины трудностей в учебе. Но на этом Терман не остановился, провозгласив в качестве основной цели «сокращение воспроизводства слабоумных», что в дальнейшем должно привести к «уменьшению экономически необоснованных затрат». По Терману, интеллектуальная недостаточность была «обычным делом в испано-индейских и мексиканских семьях Юго-Запада США, а также среди чернокожего населения. Их отсталость представляется общим признаком расы... дети этих групп должны обучаться в отдельных классах... Им не под силу понятие абстракции, но они часто становятся отличными рабочими... с точки зрения евгеники, своим необычайно быстрым размножением они ставят перед обществом серьезную проблему».

Но главным радетелем евгеники в США был профессор чикагского университета Чарлз Давенпорт, веривший в то, что проститутки выбирают свою профессию из-за доминантного гена «внутреннего эротизма».

Будущее белой Америки Давенпорт предлагал обеспечить путем кастрации мужской половины неполноценных этнических групп.

Кастрация, подчеркивал он, не вазорезекция, поскольку последняя, лишая способности к продолжению рода, способствует распространению сексуальной распущенности.

Взгляды Давенпорта оказали влияние на законотворчество, выходящее далеко за рамки регулирования притока иммигрантов, их приняли на вооружение многие организации, занимавшиеся вопросами социальной защиты населения, включая первых ласточек движения по планированию семьи. Термин «окончательное решение» впервые прозвучал в стенах Национальной ассоциации благотворительных обществ в 1920 году, а за период с 1911 по 1937 год законы о стерилизации были приняты в тридцати двух штатах Америки, в Германии, Канапе, Норвегии, Швеции, Финляндии, Исландии и Дании.

Наиболее деятельным из добровольных санитаров от генетики стал американский штат Калифорния, где еще в 1909 году в соответствии с указанием властей о принудительной стерилизации тех пациентов больниц, которые были признаны «сексуально или морально извращенными, ненормальными или умственно отсталыми», в операционных весело зазвенели скальпели. Четырьмя годами позже местный закон расширил категорию, включив в нее не находящихся на стационарном лечении лиц, страдающих «заметными отклонениями от нормального умственного развития».

Эта политика достигла своего пика в 1927 году, когда в Вирджинии по решению Верховного Суда США, подписанному судьей Оливером Уэнделлом Холмсом, была насильственно стерилизована Кэрри Бак – молодая одинокая мать. В своем вердикте Холмс не только предписывал осуществить процедуру, он восхвалял ее как «победу разума и компетенции»; понятие принудительной вакцинации, говорил судья, достаточно широко, чтобы включить в себя и перерезание фаллопиевых труб.