Даниэл молчал.

– Гипотеза дикая, но не абсурдная. – Жене испытующе посмотрел на друга. – Согласись, ее стоит проверить.

– Проверю.

– У меня полно времени, мне нечего делать. Могу смотаться в школу под видом престарелого джентльмена, готового предложить свои услуги по... – Жене вновь заворочался на сиденье.

– Спасибо, но нет.

– Ты уверен?

– Уверен. У меня самое совершенное оборудование. – Даниэл помахал в воздухе искалеченной рукой.

– Как ты собираешься все устроить, не вызвав негодования Стерджиса?

– Найду способ.

– Хорошо. – Жене вздохнул. – Дай мне знать, если передумаешь.

– Обещаю. И еще, Жене...

– Понял, понял. Не совать свой нос.

– Я очень благодарен тебе за то, что ты сделал, но...

– Держись в сторонке, – закончил за него Жене и рассмеялся.

– Вещи пакуешь?

– Хочешь сменить тему? Уже упаковал. Вся моя яркая жизнь теперь покоится в коробках и ящиках. Есть новости от агента по недвижимости. Она подыскала супружескую пару, которая будет снимать дом до той поры, пока ситуация на рынке не улучшится. Оба – врачи-терапевты, работают в госпитале Лютера Кинга, так что плата будет им по карману. Сам я в отличной форме, готов наслаждаться жизнью в краю, где много песка и солнца.

– Замечательно. – Даниэл был рад, что Жене даже после смерти Луанны не утратил своего оптимизма. Хотя бы и чуточку деланного. – Значит, новое жилище вот-вот закончат?

– Они обещают уложиться в пять дней. – Внезапно Жене сник. – Придется привыкать к собственной никчемности.

– Ты мне просто необходим, Жене.

– Ну уж. Папка, кроссовки – велика услуга... Честно говоря, Дэнни, меня очень беспокоит это дело. Оно отвратительно. Даже для таких, как мы с тобой. Чересчур. И прости меня, старика, но не похоже, чтобы у тебя намечались сдвиги.

– Неплохой парень, Алекс. Был удивлен моим интересом к «Мете». Я сказал ему, что занимаюсь негласным финансовым расследованием, намекнул на кражу компьютеров и попросил не распространяться на эту тему. Он обещал держать язык за зубами, и, я думаю, ему можно верить. «Мету» он не любит из-за невыносимого, по его словам, снобизма членов клуба. Считает, будто они смотрят на «Менсу» сверху вниз.

– Потому что «Менса» для них недостаточно интеллектуальна?

– Буковски категорически с этим не согласен.

– А вдруг он не выдержит и проболтается кому-нибудь из «Меты»?

– Будем готовы и к такому повороту событий. Это может даже обернуться преимуществом; мы точно узнаем, с кем имеем дело. Уже что-то.

– Не слишком ли ты рационален?

– Нет, Алекс, это не рационализм, а реальность. Мы ничего не испортим. В данный момент о «Мете» ничего не известно. Даже Буковски, при всей его неприязни к членам организации, знает крайне мало. Да, они пробрались сюда с востока, обосновались в Лос-Анджелесе года два-три назад, перетянули к себе кое-кого из «Менсы» и затаились.

– Два года. Примерно в то же время, когда вышла статья Санджера и «Утечка мозгов». А имен перебежчиков Буковски тебе не назвал?

– Сказал, что не может. Списки конфиденциальны. Если я передумаю и решусь действовать более открыто, он согласен допустить меня на одно из собраний «Менад», где можно будет поговорить с другими.