— О чем думаете? Вы здесь, а как будто далеко от меня? Где вы?

— Если ты отдашь все как обещаешь, я верну в дом Аленку. Навсегда, понимаешь? Она уже многое осознала и сама говорит, что забудет, оставит панель. На этот раз я ей поверил… Она устала быть охотником. Ведь карауля чью-то смерть, нередко теряют собственную жизнь, — вздохнул тяжело.

— А как же тот мужик, штрафы?

— Он меня поймет верно, и отпустит дочь. Зачем ему иметь в своем доме женщину, какая каждую минуту ждет, когда его не станет?

— Если вы уговорите того деда, Аленка сразу вернется?

— Непременно.

— Она о Елене знает?

— Конечно. Они дружили. Это я запретил дочери общенье с нею. Аленка много раз хотела приехать. Но то я, то дед мешали ей. Думаю, пока Елена жива, им не стоит встречаться.

— А мне кажется, они помирятся и простят друг друга. Мать сама передаст ей все. Ведь больше некому.

— Ты так думаешь?

— Даже уверена. Мать посчитает, что этим она накажет меня! А сделает то, чего я хочу, и вернет права владельцу.

— Чудная ты Юлька! — крутил головой Юрий Михайлович и продолжил:

— Отдавая, радуешься. Я такое в своей жизни еще не видел!

— Я не имела и не брала. Не свое взять — это украсть. И получить проклятье. Мне бабка о том иного рассказывала. Чужой кусок не проглотишь, им только подавиться можно. А я не хочу…

— Спасибо, Юля! Ты и меня, и мою дочь спасаешь. Все мы ошиблись, но хватит оступаться. Слишком дорого приходится платить по счетам. А на меня не обижайся, — понурил голову и добавил:

— Всяк за свое получает сполна.

— Это о чем? — не поняла Юлька.

— О Вадиме Евгеньевиче! Он из моих рук не выскользнет, — пообещал мрачно.

Юлька ничего не ответила человеку. Понимала, что у этих мужчин свои отношения и счеты.

Едва Юрий Михайлович ушел, она позвонила Мишке, пригласила прийти к ней прямо теперь. Тот вскоре примчался и прямо с порога спросил:

— Ну, че срываешь средь ночи, где у тебя горит?

— Да хватит ворчать! Я ж важные новости расскажу, сейчас на уши встанешь! — пообещала хохоча и тут же выпалила про аэропорт.

— Откуда сорока принесла? — не поверил Мишка.

— Юрий Михайлович сказал, что это решено наверху.

— Ерунда! Решение еще не дело, почему никто из наших о том не знает? Кстати, видела? Сегодня последнюю технику вывезли от нас. Не сегодня, так завтра всех разгонят. И что тогда брехнет тот твой знакомый?

— Посмотрим, кто из вас прав, — смеялась Юля и рассказала Мишке, о встрече и разговоре с Еленой.

Парень долго, растерянно молчал:

— Не знаю, права ты или нет! Но лично я никогда бы так не сделал. Не отказался бы от наследства. Что и говорить, эдакое редко кому обламывается. Не шутки, сразу всю «шкатулку» мамашка отдавала! Отказаться от такого могла только ты, самая глупая на свете!

— Сам дурак и отморозок! Ну, неужели, ничего не понял? Ну как стала бы жить там?

— Молча!

— И сколько прожила бы в нем?

— Это неважно! Зато как жила бы! Перед тобой весь город на задних лапах ходил бы!

— А мне такое нужно?

— Тебя уже завтра в жены отхватили б!

— И ты?

— Нет!

— Почему?

— Зачем на заведомый отказ нарываться? Я же не из отморозков!

— Лучше скажи, как у тебя с твоей невестой? Скоро свадьба?

— Не состоится. Полный облом! Эта чмо подсела ко мне и давай лопотать, чтоб свадьбу я в ресторане устроил.