– Ага, так его и зовут. Похож на паршивого старого койота, если не считать бороды на его морде, а уши торчат у него на макушке, особенно когда Счастливчик Джек наигрывает на своей гитаре.

– Так вы их знаете! – Дасти улыбнулась старику.

– А ты думала, я лгу? – Он выпустил струю табачного сока в старый кофейник, стоящий на крыльце, и наклонился в кресле, свирепо глядя на нее.

– Нет, нет, – успокоила она его. – Я вам верю. Притом Джек и Кода не поют для кого угодно. Вы им действительно понравились. И только лучшие друзья отца называют его Счастливчик Джек.

– Разумеется, я им нравился, – смягчившись, он снова закачался в кресле. – Этот Коди вытягивал нос к луне и начинал подвывать под музыку. – Он покачал головой. – Но их уже давненько не видать, а пора бы им и появиться.

Дасти перестала улыбаться.

– А как давно они отсутствуют?

Старик почесал затылок:

– Точно и не скажу. Недавно я приболел и потерял счет дням. Недели две-три. – Он пожал плечами. – Нечего волноваться, девочка. Счастливчик Джек может постоять за себя. Отличный мужик. Построил курятник для моих кур, так что Коди не очень-то их доставал. Но я ему доверился не сразу.

– Когда это было?

Старик задумался на минутку.

– Ну, когда впервые потеплело. Он захотел научиться искать золото. Знал уже достаточно, чтобы понять, что у меня здесь подходящее местечко, но не имел и малейшего понятия о промывании золота. Я подумал было, что он собирается ограбить меня, но Джек предложил оплачивать свою учебу работой и виски. – Старик выпустил еще одну струю табачного сока в кофейник. – Чертовски хорошее было виски. – Его бледные глаза заблестели. – Не то что у тех мужиков…

– Вы знаете, где он? – прервала его Дасти, озабоченно глядя на заходящее солнце, – не было у нее времени выслушивать истории про виски.

– Он точно не говорил, а я посоветовал ему попробовать на восточной стороне гор, у Медвежьего ручья.

– Можете показать мне по карте? – Дасти вскочила на ноги. – У меня есть в машине.

– Конечно.

Он зашел в хижину и тут же подошел к ее джипу с лупой в руке. Они расстелили карту на капоте, и он показал ей место. Хотя речь шла об обширном пространстве, подсказка значительно сужала район поисков, и Дасти сердечно поблагодарила его.

– Я даже не знаю, как вас зовут, – сказала она, складывая карту, потом протянула ему свою руку и скривилась – с такой силой он пожал ее.

– Хенри, – представился он, – но Джек называл меня Хэнк. А ты ведь Дасти, так? – Он подождал ее кивка. – Твой отец гордится тобой, говорил, что ты лучше любого сына. Найдешь его, привози сюда, и я угощу вас жареным цыпленком.

Обрадованная похвалой отца, Дасти обняла старика. Место девочки – с матерью, сказал Джек, когда ей исполнилось десять и родители развелись. Выходило: будь она мальчишкой, он постарался бы отсудить для себя больше возможностей видеться со своим ребенком, чем только совместное с ним проживание летом. И ей не пришлось бы проводить те жуткие школьные годы в Ньюарке, штат Нью-Джерси.

– Все будет хорошо, – Хэнк неуклюже похлопал ее по спине, поняв ее объятие как поиск сочувствия. – Не волнуйся. Скажи Джеку, чтобы захватил свою гитару и Коди, и мы отлично повеселимся.

Дасти улыбнулась в ответ и села за руль.

– Мы захватим и то доброе виски.

– Вот теперь ты говоришь дело, дочка! Джек чертовски правильно тебя воспитал.