– А мы уж решили, что это римляне, – сказал я ему. – Кто это с тобой?

– Новобранцы, мой господин, – ответил он. – Все они умеют ездить верхом, вот я и прихватил их с собой.

– И они все приняли твое приглашение? – Я поглядел за спину Буребисте, на колонну, что двигалась к нам. Выглядели они как банда оборванцев, и это еще мягко сказано.

– Я сказал им, что они будут служить под командой Парфянина. А они уже слышали про тебя, господин, кроме того, я сказал им, что они получат коней, оружие и бесчисленное количество римлян для убийств. Их не потребовалось долго убеждать.

Я сомневался, что все они владеют верховой ездой, но это уже было неважно, он все сделал правильно. Буребиста с его заразительным энтузиазмом всегда привлекал к себе людей, и они летели к нему, как мотыльки на огонь.

– Сколько их там? – просил Нергал.

– Семьсот, – гордо ответил тот.

Я протянул руку, поздравляя его. Он все сделал лучше, чем любой из нас, и заслуживал похвалы. И теперь у него был свой драгон.

– Там что, бой был? – спросил он меня, хотя смотрел мне за спину.

– Бой?

– Вон там, господин, – он указал куда-то позади меня. Я повернулся в седле и увидел огромный столб черного дыма, поднимающийся в утреннее небо вдалеке, в десятке миль от нас. Он мог означать только одно: Спартак взял Метапонт.

После двухчасового отдыха мы напоили и накормили коней, съели поздний завтрак и двинулись на юго-восток, вдоль берега моря, по направлению к Метапонту. Местность здесь была равнинная, то и дело нам встречались большие возделанные поля, где выращивали пшеницу, оливки и виноград, хотя урожай пшеницы был уже собран, а оливки и виноград еще дозревали. Но убирать их было некому, поскольку все рабы сбежали, чтобы присоединиться к нам, или же решили сами использовать вдруг обретенную свободу. Я также заметил отсутствие рогатого скота и овец; все они, несомненно, были угнаны по распоряжению Спартака. Я выслал вперед конные патрули, в большей мере, чтобы прикрыть наш правый фланг, а также отрядил всадников прикрывать нас сзади, чтобы избежать неприятных сюрпризов, но, как оказалось, поблизости от нас никаких римских войск обнаружено не оказалось. И вообще создавалось впечатление, что римлян любого рода и вида здесь совсем мало. Интересно, неужели все те, кто проживал на виллах в этой сельской местности, нашли себе убежище в Метапонте? Все расширяющийся столб дыма, повисший в небе, свидетельствовал, что это было неверное решение.

Пока мы двигались на соединение с основным войском, я поехал лично осмотреть новых рекрутов, набранных Буребистой. Они по большей части были босы и одеты в разодранные туники, их обнаженные руки и ноги были иссечены ветром и обожжены жестоким средиземноморским солнцем. Мне говорили, что у работающих в полях рабов имеется только одна туника и один плащ, которые им заменяют каждые два года, к каковому сроку многие из них ходят практически голыми. Я видел щиколотки с глубокими шрамами, где ножные кандалы годами терзали плоть, а у многих виднелись рубцы от плетей. У иных на лбах нетрудно было разглядеть буквы FUG, или КАL, или FUR, выжженные клеймом, сокращения от латинских слов «беглый», «лжец» или «вор» соответственно. У некоторых обнаружились покалеченные руки или ноги, им явно ломали кости в наказание за какие-то преступления.