Изменить размер шрифта - +
Затем вернулся в свою убогую комнатушку и сложил вещи в скрипящий ремнями кожаный

чемодан, переоделся в новый костюм. Подстригся, сделал маникюр и, посмотрев в зеркало, едва узнал в солидном человеке себя.
     Взяв чемодан, он направился в госпиталь, а по дороге купил традиционный букетик. Дежурная сестра сказала ему, что мать сегодня не принимает

посетителей: у нее сильные боли. Будет лучшим не беспокоить старую женщину.
     Моэ с тревогой глянул на медсестру и почуял неладное.
     - Надеюсь, ничего страшного?
     - Нет, нет! Просто она не очень хорошо себя чувствует, просила никого не впускать. Возможно, завтра ей будет лучше.
     Кивнув, медсестра ушла - у нее были свои обязанности.
     Моэ заколебался, но потом медленно двинулся к выходу. Оказавшись на улице, он вдруг сообразил, что до сих пор держит в руке букетик фиалок.

Подошел к цветочнице и вернул ей букетик.
     - Мама неважно себя чувствует. Возьмите цветы. Завтра я подарю ей другие фиалки...
     Вернувшись домой, он сел на постель и закрыл лицо руками. На улице быстро темнело. Моэ давно забыл молитвы, но добросовестно пытался

вспомнить хотя бы одну. Он повторял и повторял, как заведенный:
     - Святой Иисус, позаботься о моей матери. Заботься о ней: будь с ней все время рядом. Я надеюсь на тебя.
     Когда радиоприемник этажом ниже вновь начал изрыгать бешеный джаз, он вышел из квартиры и, перейдя улицу, позвонил в госпиталь из будки

телефона-автомата.
     Женский голос сказал, что его матери до сих пор плохо. "Врач? Нет, уже поздний час, и врача в настоящий момент нет".
     Остаток вечера Моэ провел в баре. Он выпил две бутылки кьянти и, когда наконец вернулся домой, был уже прилично пьян.

Глава 3

     В четверг утром Крамер завтракал, с аппетитом поедая яичницу с ветчиной; Элен, которая никогда не завтракала, делала ему кофе. Крамер

небрежно сказал:
     - Цегетти прилетает сегодня утром. Я пригласил его на ланч.
     Элен прекратила возню с кофе и с недоумением взглянула на мужа.
     - Кто?
     - Моэ Цегетти. Ты же помнишь его, не так ли?
     Крамер даже не смотрел в ее сторону. Он взял тост и начал старательно намазывать его маслом.
     - Ты хочешь сказать - этот мерзавец? Он же сидел в тюрьме, не так ли?
     - Моэ вышел два года назад, - тихо сказал Крамер. - Завязал. Сейчас это вполне респектабельный джентльмен.
     Элен резко села. Ее лицо побледнело.
     - Чего он хочет?
     - Ничего. У него собственное дело, - Крамер придвинул чашку с кофе к себе. - Он звонил мне вчера: прилетает в Парадиз-Сити по делам.

Вспомнив, что я здесь живу, решил повидать меня. Будь с ним мила.
     - Он негодяй! - Элен была непреклонной. - Джим! Ты же обещал не связываться с этими... людьми. Вспомни свое положение! Предположим, кто-

нибудь узнает, что бывший преступник звонил тебе?
     Крамер с трудом сдерживал раздражение.
     - Не волнуйся, Элен. Это мой старый друг. То, что он был в тюрьме, ровным счетом ничего не значит. Ну, зайдет на часок... Я же сказал

тебе... он приезжает по делам.
     Элен внимательно посмотрела на мужа, не скрывая недоверия.
Быстрый переход
Мы в Instagram