Решение он уже принял. Как всегда нелёгкое. Смолковский нарушил все договорённости. Ну, не все, но принципиальные. Сколько раз ему было сказано: деньги должны работать на Россию! Вот ведь козёл — не понимает! Последние транши в сторону сразу трёх новых офшоров переполнили чашу терпения. Не только генеральского, но и на самом верху.

— Пр–рыгай в кр–ровать, стар–рая бр–рядь! — прервала его размышления гнусная тирада ворона.

Морозов не мог не рассмеяться. Ну, Пигугин, учитель словесности! Монстр Иванович чуть было не решил дать Смолковскому ещё один шанс, но чувство долга победило секундную человеческую слабость. Он нажал кнопку переговорного устройства:

— Пичугин, ко мне!

Капитан возник перед ним в мгновение ока.

— Как у нас там со здоровьем господина Смолковского? — спросил Морозов нейтральным тоном. — Говорят, сердце пошаливает?

— Когда? — понял задание Пичугин.

— Вчера, — устало кивнул Монстр Иванович, сломав измученную папиросину.

«Вчера» в его устах означало «немедленно». То есть в течение двадцати четырёх часов, учитывая время на полную подготовку операции.

— Бр–раво, генер–рал! — одобрил Карлуша.

— Действуй, майор!

Лицо Пичугина удивлённо вытянулось. Но лишь настолько, чтобы порадовать генерала.

— Приказ о новом звании уже подписан. Авансом, — и Монстр Иванович, наконец, закурил.

Глава пятая. Лев и львицы

16 мая 1998 года

— Нюш, заснула? — Гоша ткнул сестру в бок. — Уже приехали.

— Ты что дерёшься! — взмутилась Нюша, пытаясь нанести ответный удар. Но Гоша был не так прост — подставил коричневую папку. — Ну, погоди!

Она вылезла из «форда», сильно хлопнув дверцей.

— Э-э, Нюхастый, полегче хлопай — это тебе не «жигуль»! — возмутился Гоша, закрывая свой почти новый автомобиль.

Нюша, не слушая его, двинулась к Толикову дому.

— А сумки? Я за тебя всё тащить должен? — Гоша, увешенный пакетами, догнал сестру уже у двери в парадное, где Нюша старательно набирала нужный код домофона.

— Тащи за себя! — отпарировала вредная сестрица.

Толик со Светланой Юрьевной жили на четвёртом. Всего на этаже было две квартиры вместо четырёх. Такая вот хитрая планировка. Для небедных людей.

— Ребята, проходите, там открыто, — откуда–то издалека крикнула мама, когда Гоша с Нюшей вывалились из лифта. Путём насильственных переговоров часть сумок за время недолгого пребывания в лифте переместилась к Нюше.

В квартире пахло вкусно: жареным мясом и, кажется, пирогами.

— Надеюсь, с капустой? — в сторону кухни крикнул Гоша.

— И с капустой, и с яблоками, — ответил Толик, выплывая из кухни с хлебом и пучком вилок. — Вы чего так долго?

— Да вот Нюша…

— Да вот Гоша, — хором ответили брат с сестрой и дружно рассмеялись.

— Понятно, пробки, — согласился Толик. И снова обернулся к кухне — Светлан, давай, закругляйся, уже через три минуты начало!

— Уже закруглилась! — Светлана Юрьевна несла огромное блюдо с отбивными и отварным картофелем. — Давайте быстро, пока не остыло!

— Не успеет, — заверил её Гоша, перехватывая блюдо, как эстафетную палочку.

— Так, — уже за столом Светлана Юрьевна, наконец, смогла рассмотреть детей.