Наступившее молчание длилось столетия, однако слабый голос Мэгги наконец прервал его.

– Она подвергалась жестокому обращению. Он… ее муж… он бил Люси.

– Теренс Пэйн бил свою жену?

– Да. Что здесь странного? Если он мог убить девочку‑подростка, то он определенно был способен избивать свою жену.

– Она говорила вам об этом?

– Да.

– А почему она ничего не предпринимала?

– Это не так просто, как вам кажется.

– Я не говорю, что это просто. И не считайте, будто вам известно, что я об этом думаю. Вы давали Люси какие‑либо советы?

– Говорила, что ей необходимо прибегнуть к профессиональной помощи, но она никак не могла на это решиться.

Бэнкс был достаточно хорошо знаком с проблемой домашнего насилия и понимал, что его жертвам подчас очень трудно обратиться за помощью к властям или раскрыть правду о своей жизни. Они испытывают стыд, им кажется, что это их собственная вина, поэтому они часто хранят страшную правду в себе, веря в то, что в конце концов их жизнь изменится к лучшему. Многим просто некуда идти, да и жизнь вне дома их пугает, хотя дома они подвергаются побоям и издевательствам. У Бэнкса, признаться, сложилось впечатление, что Мэгги Форрест предмет их разговора знаком не понаслышке. Вот почему ее так напугал его резкий тон, вот почему она с такой неохотой говорила на эту тему. Он решил вести себя сдержаннее:

– Она упоминала, что подозревает своего супруга в каких‑либо иных преступлениях?

– Никогда.

– Потому что она боялась его?

– Да.

– А вы бывали в их доме?

– Иногда.

– Замечали что‑нибудь необычное?

– Нет. Ничего.

– Ну а как супруги жили друг с другом?

– Люси часто казалась нервной, раздражительной. Только и думала о том, как бы угодить мужу.

– Синяки у нее бывали?

– Они не всегда бьют так, что остаются синяки… Люси очень боялась побоев, боялась сделать неверный шаг. Так мне кажется.

Бэнкс быстро черкал у себя в блокноте.

– Это все? – спросил он.

– Что вы имеете в виду?

– Это все, о чем вы сначала не захотели рассказать, или осталось еще кое‑что?

– Да нет, больше ничего.

Бэнкс встал и, перед тем как уйти, попробовал ей объяснить:

– Сейчас‑то вы видите, насколько важно все, что вы рассказали?

– Не возьму в толк, почему.

– У Теренса Пэйна серьезная мозговая травма. В настоящее время он пребывает в коме, из которой может никогда не выйти, а если и выйдет, вряд ли что‑то вспомнит. Люси Пэйн поправится быстро. Вы – первый человек, который дал о ней информацию, и ваши слова могут сослужить ей хорошую службу.

– Каким образом?

– В отношении Люси Пэйн нам нужно решить два вопроса. Первый: принимала ли она участие в делах своего мужа? И второй: знала ли она о них, но предпочитала хранить молчание? Ваш рассказ – это первый камушек, который может склонить чашу весов в ее сторону. Вы оказали услугу своей подруге. Доброго вам вечера, мисс Форрест. Я позабочусь о том, чтобы специальный сотрудник наблюдал за вашим домом.