Но чем обращение к прошлому помешает ей увидеть то, что происходит сейчас, если исчезновение Коко со двора собственного дома так пугающе точно воспроизводит ее собственное исчезновение? Даже случилось оно в ту же самую дату – 25 мая, в день пропавших без вести детей. Это либо ужасное совпадение, либо чья-то нездоровая шутка.

Рут совершенно не верит в совпадения. Ей кажется, для людей это способ закрывать глаза на неприятные истины. Потому-то никто и не верил, когда она рассказывала о девочках. Люди отказывались признавать наличие системы – созвездия, нависшего над Хобеном в результате исчезновений девочек, – ведь гораздо проще видеть в похищении жуткую, непредвиденную трагедию, а вовсе не обвинительный приговор жителям, их сообществу. Их мужчинам.

Похоже, теперь они все-таки начинают связывать точки воедино. На форуме «Удивительнее вымысла» создана новая ветка, где обсуждают, не стал ли Хобен геенной огненной.

«ГЕЕННА ОГНЕННАЯ РАЗВЕРЗЛАСЬ ВНОВЬ!» – так без обиняков озаглавлена эта ветка. Рут закатывает глаза, но все равно читает. Автор первого поста излагает подробности исчезновения Коко, а затем делает предположение: оно может быть связано с убийством Бет Лавли. И с похищением Рут тоже. Раньше эту часть Рут пропустила бы, но не сейчас. Она позволяет себе принять правду о своем имени. О своем статусе «известной жертвы». Удивительно, но в ветке даже кратко упоминается о Рее и Лейле, хотя до малышки Лори комментаторы пока не добрались. Кажется, впервые Рут не единственная, для кого очевидна эта окружность радиусом в шестьдесят миль. И все эти точки на карте, расположенные так близко друг к другу.

Напомнив себе, что перед ней «Удивительнее вымысла», а не «Нью-Йорк таймс», Рут сдерживает волнение и продолжает читать комментарии.

Кажется, людей внезапно переполняет желание обсудить родной городок Рут.

«Значит, за эти годы около трассы I-91 пропало без вести несколько девочек, – пишет первый комментатор. – И в самом центре событий Хобен? Хм…»

«Жуткое место, блин», – добавляет кто-то, а дальше ответы сыплются один за другим.

«Одно из тех, где у соседа в подвале наверняка найдутся трупы».

«Я жил там и подтверждаю – так оно и есть!»

«Что, правда? Значит, это больше не милый городишко? Жаль! Там выросли мои предки».

«Раньше там было вполне безопасно».

«Когда это – раньше? В 1950-х?»

«Да, чувак. Скучаю по старой захолустной Америке».

«Только белый может так сказать».

«Не важно. А знаешь, кто не белый? Так называемый папаша Коко Уилсон».

«Чушь. 80 % серийных убийц – белые».

«А кто сказал, что Уилсон серийный убийца?»

«Скорее детоубийца!»

В таком духе продолжается обмен репликами, «команда Лео» (как они себя называют) забрасывает отца Коко обвинениями. В итоге достается и Айви Уилсон. То в одном, то в другом не угождает она комментаторам, набирающим на клавиатуре свои теории. Ведет себя не как положено матери, чей ребенок пропал без вести.

Рут импульсивно набирает сообщение собственной матери: «Мам, каково тебе было, когда меня похитили?»

Она знает, что Синтия недавно отправилась на оздоровительный ретрит в Перуджу; рядом с сообщением отображается значок «не доставлено».

Рут вновь принимается читать форумную ветку о Хобене и останавливается на комментарии, опубликованном тридцать секунд назад:

«У меня кузен из Хобена. Он говорит, что у парня, с которым Айви гуляла в школе, был ужасный характер и что она продолжала мутить с ним еще несколько лет после школы.